– И долго ты еще собираешься копать?
Эрни прислонился к стенке ямы и стиснул зубы. Большой черный червяк выполз из земли и шлепнулся на дно ямы.
– Я пошел домой, – сказал второй мальчик. – Мне влетит, если я опоздаю к ужину.
– Ты тоже слабак, – обреченно сказал Эрни.
– А-а-а… сам такой.
Эрни с трудом разогнул ноющую от усталости спину:
– Раз так, все золото достанется мне.
– Нет тут никакого золота.
– Привяжи к чему-нибудь веревку, чтобы я мог выбраться, когда найду золото, – попросил Эрни.
Его друг рассмеялся, но все-таки привязал веревку к ближайшему кусту и сбросил свободный конец в яму. Эрни поднял голову и посмотрел на неровный прямоугольник темнеющего неба. Из-за кучи земли выглянуло лицо второго мальчика.
– Лучше не задерживайся здесь, – посоветовал он.
– Я и не собираюсь.
Эрни сердито посмотрел на дно ямы и воткнул лопату в землю, чувствуя, что друг все еще смотрит ему в спину.
– Ты что, совсем не боишься? – спросил тот.
– Чего мне бояться? – огрызнулся Эрни, не поднимая головы.
– Ну… не знаю.
Эрни продолжал копать.
– Ладно, увидимся, – сказал его друг.
Эрни лишь хмыкнул в ответ. Он прислушался к шагам уходящего друга, посмотрел наверх, и из горла у него вырвался слабый стон. Ему вдруг стало холодно.
– Нет, я не сдамся, – пробормотал Эрни.
Это было его золото, и он не собирался оставлять добычу другим мальчишкам.
Он яростно продолжал копать, ссыпая землю у дальней стенки ямы. Становилось все темнее.
– Еще немного, – едва не задыхаясь, говорил он себе, – и я уйду домой с золотом.
Он со всей силы надавил ногой на штык лопаты и услышал глухой стук. По спине пробежали мурашки. Он заставил себя продолжать работу. «Я над ними еще посмеюсь, – думал он. – Они у меня…»
Он откопал край ящика – длинного деревянного ящика. Эрни остановился, посмотрел на находку и вздрогнул. «И найдешь…»
Он забрался на ящик и топнул по древу. Глубокий, низкий звук резанул по ушам. Скребя лопатой по старым доскам, Эрни попытался расчистить всю крышку, но не смог – ящик был очень длинный.
Он заметил, что крышка состоит из двух частей, с защелкой на каждой из них.
Эрни стиснул зубы и ударил острием лопаты по защелке. Одна половина ящика открылась.
И тут Эрни вскрикнул. Вжавшись в стенку ямы, он в безмолвном ужасе смотрел на человека, сидевшего в ящике.
– Сюрприз! – сказал мистер Хокинс.
Всю дорогу, пока они шли через темную стоянку, Ричард не переставал обиженно хныкать.
– Ну хватит! – прикрикнула Элен, когда они подошли к машине. – Сходим во вторник. Сколько раз повторять?
– Хочу к нему сейча-а-ас! – проревел Ричард.
Кен полез за ключами, стараясь не рассыпать зажатые в руках свертки.
– Ладно, – не выдержал он, – я его свожу.
– Ты это о чем? – Элен поудобнее перехватила свои свертки, от гулявшего по стоянке ледяного ветра ее колотила дрожь.
– Говорю, свожу его прямо сейчас, – сказал он, нащупывая замок в дверце.
– Сейчас? Сейчас уже поздно. Почему ты не сводил его, пока мы были в магазине? Тогда у нас было полно времени.
– Ну так свожу его сейчас. Какая разница?
– Хочу к Санта-Клаусу! – вмешался Ричард, умоляюще глядя на Элен. – Мам, хочу к Санте прямо сейчас!
– Только не сейчас, Ричард. – Элен отрицательно покачала головой. Она бросила свои свертки на переднее сиденье и со стоном потянулась. – Ну хватит уже, я сказала! – предостерегающе произнесла она, потому что Ричард снова принялся ныть. – Мамочка слишком устала, чтобы идти обратно в магазин.
– А тебе и не надо идти. – Кен бросил свои свертки туда же. – Я сам его свожу.
Он включил в машине свет.
– Мама, можно, мамочка? Пожалуйста!
Элен расчистила для себя местечко на сиденье и опустилась на него с усталым стоном. Он заметил, что прядь растрепанных каштановых волос прилипла ко лбу, что комочки помады сбились в уголках рта.
– И с чего ты вдруг передумал? – произнесла она измученно. – Я сто раз просила сводить его к Санте, пока мы были в магазине.
– Бог ты мой, какая разница? Неужели ты хочешь ехать сюда во вторник только ради того, чтобы сходить к Санта-Клаусу?
– Нет.
– Ну, в таком случае…
Он заметил, что у нее съехали чулки. Элен выглядела старой и изможденной в тусклом свете, отчего у него внутри зародилось какое-то странное ощущение.
– Пожалуйста, можно, мама? – умолял Ричард, словно Элен была самым главным человеком на свете, подумал Кен, словно бы он, отец, вообще не в счет. Что ж, возможно, именно так и есть.
Элен угрюмо посмотрелась в лобовое стекло, затем откинулась назад и выключила свет. Два часа в толпе взбесившихся рождественских покупателей, издерганных продавцов, с Ричардом, непрерывно требующим идти к Санте, и с Кеном, который, будто нарочно выводя ее из себя, отказывался это сделать, доконали ее.
– А мне чем тут заниматься, пока вы ходите? – спросила она.
– Ради бога, Элен, это займет всего несколько минут.
Весь вечер Кен был как на иголках, то делался отстраненным и молчаливым, то дергал по любому пустяку ее и Ричарда.
– Ну идите тогда, – она прикрыла ноги полой пальто, – и, пожалуйста, побыстрее.
