Марли не успела сообщить своему возлюбленному, Крисандеру Анетакису, что ждет от него ребенка. Он выгнал ее, обвинив в краже секретов его компании. Крисандер был уверен, что никогда больше не встретит Марли, однако через три месяца он увидел телевизионный репортаж...
Несмотря на теплый солнечный день, по коже Марли Джеймсон пробежал холодок, когда она уселась на лавочке в маленьком саду, всего в нескольких кварталах от дома, где они поселились вместе с Крисандером Анетакисом.
Ее знобило, и жаркие лучи солнца не помогали. Ставрос вряд ли обрадуется, обнаружив ее исчезновение. И вряд ли обрадуется Крисандер, когда Ставрос сообщит ему о том, что она не соблюдает необходимые меры безопасности. Но Марли не хотелось тащить на прием к доктору своего навязчивого стража. Крисандер все равно узнает о ее беременности еще до того, как она придет домой и сама сообщит ему об этом.
Как он отреагирует на новость? Несмотря на то что они предохранялись, Марли была уже на третьем месяце. Возможно, это случилось, когда он вернулся из длительной командировки. Крисандер был ненасытен. Как, впрочем, и она.
Яркий румянец окрасил щеки Марли, когда она вспомнила «ту самую» ночь. Он снова и снова ею овладевал, шепча на ухо какие-то греческие слова — теплые и нежные, заставлявшие вздрагивать ее сердце.
Она взглянула на часы и тоскливо поморщилась. Крисандер скоро придет домой, а она все сидит здесь и дрожит от страха. Нужно снять эти потертые джинсы и футболку, которые она носила лишь в его отсутствие.
Марли заставила себя встать на ноги и направилась к шикарному зданию, в котором находились апартаменты Крисандера.
— Вот дура, — пробормотала она себе под нос, приближаясь к входу. Швейцара ее появление в таком виде явно удивило, но, не сказав ни слова, он пропустил Марли в холл.
Она вошла в лифт и погладила рукой свой еще плоский живот. Волнение возрастало с каждым этажом. Когда двери лифта открылись, Марли, прикусив нижнюю губу, направилась в гостиную.
Она бросила сумку на диван и почувствовала, что страшно устала и испытывает лишь одно-единственное желание — прилечь. Но ей надо было готовиться к выяснению отношений с Крисанде-ром.
Она страстно любила его, и он, казалось, целиком отдавался ей, когда они были вместе. Это была фантастика — заниматься с ним сексом. Но теперь предстояло подумать о ребенке. И от мужчины, которого Марли любила, она хотела гораздо большего, чем просто потрясающий секс раз в несколько недель — когда позволяло его расписание.
С трудом волоча ноги, она вошла в большую спальню, которую он занимал, и вздрогнула, когда из ванной появился Крисандер — в одном полотенце, обернутом вокруг бедер.
На лице его медленно расцвела улыбка. Каждый раз, когда Марли видела его, ей казалось, что это впервые. Дрожь прошла по ее телу, и огонь зажегся в крови.
— Т-ты так рано, — с трудом вымолвила она.
— Я ждал тебя, малышка, — произнес он хрипловатым низким голосом.
Полотенце упало на пол, и Марли сглотнула, увидев, как он возбужден. Крисандер быстро шагнул вперед — как хищник, готовящийся к атаке, — схватил женщину за плечи и жадно прильнул к ее губам.
Марли издала тихий стон, и колени ее подогнулись. Крисандеру было достаточно прикоснуться к ней, и тело начинало пылать.
Он целовал ее подбородок, шею, а пальцы в нетерпении сжали край футболки. Она, словно под гипнозом, запустила руку в волосы Крисандера, прижав к себе его голову.
Худощавый, мускулистый, стройный. Красивый хищник. Движения его были грациозными, он мастерски обращался с ее телом.
Она обхватила его шею руками, когда он понес ее в постель.
— На тебе слишком много одежды, — пробормотал Крисандер, снимая с нее футболку.
Марли понимала, что им надо остановиться, надо поговорить, но она так скучала без него. Так страстно его желала. И в глубине души жаждала этого момента.
Он расстегнул ее бюстгальтер, и тело Марли содрогнулось, когда его пальцы нащупали ее
напрягшиеся соски. Теперь они стали более темными, и ей хотелось, чтобы он заметил это.
— Ты скучала по мне?
— Ты ведь сам знаешь, — задыхаясь, промолвила она.
— Я хотел бы услышать это от тебя.
— Я скучала по тебе, — сказала она, и улыбка появилась на ее губах.
Крисандер отбросил ее джинсы в одну сторону, бюстгальтер полетел в другую. А затем он навис над ней.
Марли выгнулась навстречу ему, вцепилась в него — и страсть их была горячей и всепоглощающей.
Крисандер прошептал что-то по-гречески, крепко сжав ее руками, и оба они достигли пика наслаждения. Марли прильнула к нему, расслабленная и удовлетворенная.
Должно быть, она уснула, потому что, открыв глаза, обнаружила рядом с собой Крисандера, положившего руку ей на бедро. Он лениво рассматривал ее, и его золотистые глаза сыто поблескивали.
Ну, вот и настало время для разговора. Лучшего случая больше не представится. Но почему же мысль о выяснении отношений наполняет ее страхом?
— Крисандер, — тихо начала она.
— В чем дело? — спросил он, и глаза его сузились. Неужели он уловил волнение в ее голосе?
— Мне надо с тобой поговорить.
Он сладко потянулся и слегка отодвинулся,
чтобы лучше видеть Марли. Она затрепетала, когда он собственническим жестом положил руку ей на грудь.
— О чем ты хочешь поговорить?
— О нас, — сказала она просто.
