— И, насколько я помню, вы тоже мечтаете сжечь меня на костре.
— Я такого не говорил, — вмиг посерьёзнел, не поняв, что это была шутка.
— Верно, — перевела дыхание, чувствуя, как горят губы и щёки, — ваш взгляд красноречивее слов.
— Сразу видно, что ты не опытная ведьма.
Я округлила глаза. Прозвучало даже обидно, хоть это было правдой.
— Что вы имеете в виду?
Сохор хмыкнул.
— Лишь то, что ты не умеешь целоваться.
А вот сейчас у меня всерьёз зачесались ладони.
— А вы, видимо, знаете в этом толк? Ворвались в комнату, застали меня врасплох, напугали мою служанку и накинулись так, будто столетний изголодавшийся дракон.
— Ты права, — усмехнулся он, выслушав мою тираду.
Я вздёрнула бровь, задумываясь над тем, что лучше отойти от него ещё на один шаг.
— Я и в самом деле голоден, — как-то плотоядно оскалился.
— Хотите сказать, что вы меня сейчас с едой спутали? — нервно сглотнула, снова опасливо глянув на асгара. Он ведь хищник, и очень опасный, дикий и смертоносный. Не стоит об этом забывать.
Дракон неожиданно рассмеялся, нарушая тишину.
И что такого я сказала? Губы болят до сих пор, он действительно меня чуть не съел.
— В какой-то степени именно так, — подтвердил Сохор Коерт, не сводя с меня своего притягательного взгляда, который незаметно околдовывал ещё больше.
— Желание и голод для дракона почти одинаковые чувства.
Соберись, Инэй, не следует растекаться перед ним лужей. То, что он наговорил мне за это время таким бархатистым голосом, ещё ничего не значит. Что у него на уме? Он ведь ненавидит таких, как я. Но зачем тогда целует и прячет ото всех?
— Зачем вы пришли, эньер?
Коерт тяжело вздохнул.
— Пришёл поговорить, — повторил он.
Обычно асгар приходит, чтобы что-то требовать.
— Точнее, не просто поговорить…
— Не пугайте меня… Что-то случилось?
Боги, и когда мы так сблизились, что сейчас я не испытываю и доли страха, стоя перед ним расслабленно? Откуда такое доверие? Что изменилось? Изменилось всё, Инэй, в какой-то момент, который я упустила. И тут я вспомнила слова Омелис. У меня не должно быть никаких привыканий, привязанностей. И эта метка… я едва не схватилась за грудь, задыхаясь. Как же я забыла об этом! Это же всё очень опасно! Я не хочу становиться тёмной ведьмой.
— Ничего серьёзного, — вырвал из оцепенения Коерт. — Хочу тебя отвезти в безопасное место.
— Можете не продолжать. С самого начала это плохая затея, — я выпрямила спину и расправила плечи, посмотрев на дракона прямо, — отдайте мне медальон, и всё решится само собой. Мне нельзя находиться среди людей. Я должна уйти, — проговорила я, вкладывая в голос как можно больше стали.
Сердце забилось быстро и отчаянно, снова глаза затуманило влагой. И почему так тяжело говорить об этом. С каждым разом. Желание уйти пропадает, когда дракон вот так смотрит на меня. Я не хочу привыкать, мне запрещено!
— Я его точно разобью, чтобы ты забыла про него, — таким же твёрдым и злым тоном проговорил он.
— Даже не смейте, — прошептала онемевшими губами.
Сохор Коерт сделал шаг ко мне, а я попятилась.
— Что такое, Инэй?
Опять. Почему так спрашивает? Почему в его голосе звучит забота? Лучше бы он гневался на меня и рычал, ненавидел, чем говорил вот так.
— Если ты беспокоишься о том, что дар проявляется в тебе сильнее, я найду способ, как от него избавиться.
— А разве кто-нибудь находил когда-то до этого способ? А если его нет? И мы… я только теряю время.
Коерт замер, а следом снова шагнул ко мне. Я хотела отойти, но дракон поймал меня за руку и притянул к себе.
— Ты первая из ведьм, кто не хочет таковой стать. Я ведь по глазам вижу, что не хочешь, Инэй… — сказал настолько вкрадчиво, что по плечам пошли мурашки.
— Зачем вам это нужно? — спросила тихо.
— А как ты думаешь?
— Потому что на мне метка?
— Дело не в этом. Она появилась после того, как… — взгляд Сохора опустился на мои губы, и я невольно облизала их, скрывая своё волнение. Карие глаза мужчины стали совсем чёрными, как смола, горячая и густая.
— Что…
Сохор моргнул и плотно сжал губы. Я высвободила свою руку. Это был какой-то тупик.
— Нужно позвать Омелис и спросить у неё.
— Даже если она что-то знает, не скажет.
— С чего вы так решили? — вернула на него взгляд.
Сохор втянул в себя воздух, обвёл комнату взглядом.
— В этой комнате когда-то жила белая ведьма…
Я насторожилась, приготовившись слушать, что расскажет мне дракон.
— …Её звали Анхет, она была частью нашей семьи и прожила с родителями довольно долго… Она помогала, и мы верили ей, но всё это оказалось ложью и притворством — забота, желание помочь. Ведьма, войдя в доверие, тайно крала силы и убила родителей, вытянув из них всё без остатка...
По моему телу от слов асгара хлынул колючий лёд.
— Отец и мать умерли по её вине, а Леверна… Она ведь приходила к тебе, так?
Я сглотнула и кивнула — бессмысленно было это утаивать.
— Анхет помешала ей сделать свой первый оборот, и… Леверна не до конца приняла человеческое обличье. После того раза она больше не смогла обратиться во вторую ипостась. Теперь она прячет себя… — в голосе Коерта прозвучали сожаление и горечь.
