Одинокая и беззащитная Скарлетт Равенвуд вынуждена спасаться от человека, собравшегося принудить ее к браку. В поисках спасения она вбегает в церковь, где в этот момент проходит церемония венчания ее бывшего любовника Винсенто, богатого и властного красавца. Свадьба сорвана. Узнав, что Скарлетт ждет от него ребенка, Винсенто предлагает ей руку и сердце. Но Скарлетт не готова к такому повороту событий, да и Винсенто полон мрачных сомнений относительно своего отцовства.
Jennie Lucas
A Ring for Vincenzo’s Heir
A Ring for Vincenzo’s Heir
© 2016 by Jennie Lucas
«Не благодари за любовь»
© «Центрполиграф», 2018
© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018
– У тебя есть две возможности, Скарлетт. – Жадный взгляд бывшего работодателя скользнул по ее округлившемуся животу и остановился на полной груди, натянувшей ткань черного платья для будущих мам. – Или ты подписываешь обязательство отдать ребенка сразу после его рождения и немедленно становишься моей женой, или…
– Или что? – Скарлетт Равенвуд старалась отодвинуться от бумаг, которые он совал ей в лицо.
– Или… доктор Марстон признает тебя невменяемой. И тебя поместят в психбольницу. Ради твоей же собственной безопасности, разумеется. Потому что никакая женщина в здравом уме не откажется выйти за меня. И тогда ты в любом случае все равно лишишься ребенка.
Скарлетт смотрела ему в лицо и не замечала нарядных зданий Манхэттена, которые проплывали за окном, пока они ехали по Пятой авеню. Блайс Фолкнер был богат и недурен собой. И он был чудовищем.
– Вы ведь, конечно, шутите, – натянуто рассмеялась она. – Бросьте, Блайс, вы забыли, в каком столетии мы живем?
– Человек с деньгами может сделать что угодно в любом столетии. И кому угодно. – Он протянул руку и намотал на палец длинную прядь ее рыжих волос. – Кто мне помешает? Может, ты?
У Скарлетт пересохло во рту. Последние два года она прожила в его доме в Верхнем Ист-Сайде в качестве сиделки его тяжело больной матери, и на протяжении этого времени домогательства Блайса становились все настойчивее.
Но вот миссис Фолкнер умерла, и Блайс сделался баснословно богат. А Скарлетт была всего лишь сиротой, приехавшей в Нью-Йорк в поисках работы. И с самого своего приезда практически не покидала комнаты больной, исполняя строгие предписания врача и обслуживая раздражительную, придирчивую пожилую женщину. Друзей в Нью-Йорке у нее не было. Некому было поддержать и защитить ее.
Кроме разве что…
Нет, безнадежно сказала она себе. Только не он.
Она не сможет. Не решится.
Но что, если Блайс прав? Если она сбежит от него и явится в полицию, они не поверят ей? И он с его прикормленным психиатром найдет способ выполнить свою угрозу?
Когда утром в день похорон он сделал ей предложение в весьма категоричной форме – буквально над гробом матери, – она попыталась обратить все в шутку, сказала, что уезжает из Нью-Йорка. К ее удивлению, он любезно предложил подвезти ее до автовокзала. А она не послушалась внутреннего голоса, предостерегавшего ее, и согласилась.
Скарлетт и представить не могла, что он зайдет так далеко. Станет вынуждать выйти за него замуж угрозами! Заставлять отказаться от ребенка!
– Так что? – настаивал Блайс. – Какой будет ответ?
– Зачем вам жениться именно на мне? – пробормотала Скарлетт. – Вы интересный, представительный мужчина, вы богаты. Любая женщина будет счастлива стать вашей женой.
– Но я хочу тебя. – Он с силой сжал ее запястье, заставив ее поморщиться. – Ты все время мне отказывала. А потом тебя обрюхатил какой-то тип, имя которого ты скрываешь. – Он скрипнул зубами. – Когда мы поженимся, я буду единственным мужчиной, который получит право до тебя дотрагиваться. После того, как родится и будет пристроен этот твой ребенок, ты станешь только моей. Навсегда.
Скарлетт попыталась подавить охватившую ее панику. Лимузин в этот момент как раз приближался по Пятой авеню к стоявшему в конце квартала собору. Может быть, ей…
Изначально у нее были другие планы. Она намеревалась купить билет на автобус и где-нибудь на юге на свои скромные сбережения начать новую жизнь – там, где круглый год солнечно и цветут цветы, самой вырастить своего ребенка.
Новый план пугал Скарлетт, потому что с ним она попадала из огня, который в данный момент представлял Блайс, в полымя, чем определенно являлся Винсенто Борджи.
Вин Борджи! Она вспомнила глаза отца ее будущего ребенка – в одно мгновение пылающие, в следующее – ледяные. Вспомнила его резко очерченный властный подбородок. Сильное мускулистое тело.
По ее спине пробежала дрожь. Что, если он…
Не думай об этом, сурово приказала она себе.
Когда шофер притормозил на красный свет светофора, Скарлетт поняла: сейчас или никогда. Набрав в легкие воздуха, она вымученно улыбнулась.
– Блайс. – Она подалась вперед, незаметно сжав правую руку в кулак. – Знаете, что мне всегда хотелось сделать?
– Что? – Он засопел, облизал губы и уставился на ее грудь.
– Вот что! – И она нанесла ему апперкот в челюсть. Он лязгнул зубами, голова запрокинулась, руки разжались. Не дожидаясь, пока лимузин остановится, Скарлетт рванула ручку дверцы и выскочила на тротуар. Сбросив туфли на каблуках, обхватила одной рукой живот и что есть мочи бросилась бежать босиком по асфальту в сторону собора.
Собор Святого Суизина был самым известным в Нью-Йорке местом, где богатые и знаменитые обычно проводили крестины, венчания и похороны.
