– Угу, если попросту, то так. Есть и ещё один момент. Тебя, насколько я в курсе, от наследования престола отказываться не заставляли?
– Да какой из меня наследник. Да и не нужно мне это. К тому же, случись что с государем, моё место будет первым с конца.
– Не в тебе дело. В отказе от наследования не столько ты что-то значишь, сколько твои дети. Они тоже прав престолонаследования лишаются, если бы ты отказ подписал. Теперь понимаешь?
– Нет, – чистосердечно ответил я, пытаясь вникнуть в столь нелюбимые мной хитросплетения различных родственных и им подобных отношений.
– Ладно, – тяжело вздохнул Антон, – Давай иначе попробую объяснить. После демонстрации головы князя Куракина на нас и так ярлык лютых злодеев повесили. Если мы ещё что-нибудь отчудим, так нас и вовсе за зверей принимать будут. Особенно тебя.
– Э-э… А почему это сразу именно меня? Голову Куракина ты же государю принёс, – не согласился я со столь необъективной оценкой княжича.
– Да, я. А ты случайно не забыл о своём личном кладбище?
– Хм, а кто про него знает. В газетах про такое не пишут.
– Зря ты в этом уверен. Думаю, досье на тебя почти у каждого князя уже есть, а у кого ещё нет, то в скором времени появится. К тому же в свете надвигающейся свадьбы ты станешь очень обсуждаемой личностью. Наши великосветские кумушки, дай им только повод, всю подноготную раскопают, и ещё больше сами придумают.
– Ладно, считай, что уговорил. Я – злодей. И что дальше? – чуть подправил я курс дирижабля, приводя его к ветру.
– А то, что нынешний Император на нашем фоне чуть ли не ангелом выглядит. Кто будет против него заговоры устраивать, если у него такие отморозки в наследниках появятся? А ну, как один из нас к власти придёт. Много у кого твёрдое убеждение возникнет, что мы с тобой сначала все лишние головы снесём, и лишь потом вопросы начнём задавать и невиновных наказывать.
– Ух ты, какая славная тактика! Сам придумал?
– Ты что, серьёзно?
– Пока нет. Просто пытаюсь примерить на себя роль Имперского Пугала. Как видишь, неплохо получается, – я поднялся с места, и кивнув Антону на штурвал, пошёл в салон.
Когда к приготовленному кофе добавились две рюмочки коньяка, я счёл приготовления достаточными. Для душевной беседы двух друзей больше и не нужно.
На посадку мы пошли часа через полтора, вдоволь наговорившись.
Пусть теперь Совет Князей попробует на зуб союз двух самых молодых князей Империи.
Мы готовы.
«Три девицы под окном пряли поздно вечерком…»[5]
Девиц действительно было три. Ну, из тех, у кого брачный возраст уже подошёл. Младшенькая, четвёртая, не в счёт, хоть она и выступает в роли хозяйки, пригласившей остальных.
– Если жизнь котика перевести на человеческую, то моему котейке сегодня исполняется ровно год, – крайне интересно выразила причину встречи Ангелина Лопухина, пригласившая девушек к себе в гости.
Котёнок действительно был прелестен. Этакое избалованное, намытое и причёсанное чудо с большим голубым бантом на шее. К зажулькиванью и сюсюканью подросший кошара отнёсся абсолютно индифферентно, и лишь изредка пытался поймать лапой болтающиеся на цепочках кулоны, или ленты на платьях, делая вид, что принимает их за свои игрушки.
Когда принесли чай, фрукты и пирожное, девушки чинно уселись за стол. Виновнику торжества принесли специальное кресло с подушечками, и он, наглаживаемый Ангелиной, вытянулся во всю длину и довольно заурчал, впрочем, не забывая при этом время от времени скрести когтями по деревянному подлокотнику, демонстрируя полноту чувств.
– Избаловала ты его, Ангелинушка, – вроде бы строго проговорила Алёна Рюмина, хотя улыбка на её лице показывала совсем другое.
– Если бы я одна, – тяжело вздохнула Лопухина, отрывая от грозди винограда несколько крупных ягод.
Получилось у неё не совсем удачно. Несколько виноградин, упав с вазы, проскакали по столу и скатились на пол.
Такой игры котёнок пропустить не мог. Живо извернувшись, он моментально спрыгнул с кресла и, сделав вид, что принимает ягоды за мышей, успел таки придушить пару из них, прежде чем его совместными усилиями поймали и водрузили обратно.
Забавное происшествие несколько сгладило имеющееся напряжение и определённую натянутость, виной чему была не совсем обычная гостья.
К Лопухиным Алёна приехала не одна. Когда она представила своим подругам Светлану Второву, то это вызвало удивлённую гримасу у Дарьи и обиженное выражение лица у Ангелины, моментально приревновавшую Алёну к её новой знакомой.
– Так это вам такой кортеж посвящён? – спросила Ангелина у Второвой, кивая в сторону окна, выходящего во двор имения.
Алёна Рюмина обычно обходилась двумя машинами, а тут вдруг их сразу шесть приехало.
– Случайно получилось, – пожала плечами Светлана, – Когда оба брата были живы, отец ко мне столько охраны не приставлял.
– А что с братьями случилось? – поинтересовалась Дарья.
– Младший прошлой зимой в прорубь провалился, когда на коньках поехал кататься, а старший весной на войне погиб.
– Ага, и вы теперь у нас наследница целой промышленной империи? – тут же сообразила Лопухина.
