Завывая моторами и бешено молотя воздух винтами наша пятёрка дирижаблей рванула в степи. Впрочем, рванула – это громко сказано. Ветер встречный и очень сильный. Один только мой дирижабль выделился из общей массы.
Нет на «Кречете» винтов. На нём стоит гибридная установка из двух реактивных двигателей и пары магодвижков.
Все мы, читая оставшиеся от предков книги, при словосочетании «реактивный двигатель» сразу представляем себе сверхзвуковые истребители. В моём случае всё не так.
«Кречет», с усиленным корпусом, уверенно держит скорость в двести сорок – двести пятьдесят километров в час. Но мы, при его создании, не гнались за скоростью. Пожалуй, двести пятьдесят километров в час – это тот порог скорости для дирижаблей, переходить за который выйдет себе дороже. Мы в расчёт брали более прагматичные моменты.
КПД, Температура, Надёжность! Вот три главных козыря реактивного двигателя, которые никаким другим двигателям не переплюнуть. Причём, как по «букету» параметров, так и по каждому из них в отдельности.
– Это что за непотребство? – спросил меня князь Константин, когда я ему первый раз показал «Кречета».
Нет, ну его можно понять. Только что он осматривал свой «Айвенго», и даже не поленился подняться на стапеля, чтобы с любовью потрогать полированную гладь металлических винтов. Это уже далеко не те его деревяшки, которые подвели «Айвенго» во время Императорской регаты. Огромные винты, внушающие уважение одним своим видом.
И тут, вдруг, у него перед глазами дирижабль, на котором вовсе нет винтов!
Ни одного! Этих огромных многометровых пропеллеров, которые у любого нормального человека ассоциируются с дирижаблями.
– Реактивные двигатели. Гораздо больший коэффициент полезного действия, сами двигатели намного легче и надёжнее, – привычно пояснил я, уже не первый раз столкнувшись с такими вопросами.
– А те свистульки – это ваши техномагические штучки? – с нехорошим таким интересом уставился князь на магодвигатели.
С завистью, если что.
Ещё бы, я его на гонках уделал именно с их помощью.
Три его лицензионных «Майбаха» двух моих «Ярославцев» просто на лопатки бы клали, при обычном-то раскладе.
Нет, ну не объяснять же ему, что дело не только в мощности моторов. Нет у меня времени на лекции.
Многие слепо уверовали в эти нелепые цифры в каталогах, и не хотят понимать головой, что не всё зависит от тех цифр, которыми производители слепят глаза. К примеру, у того же «Айвенго» редукторы неудачные. Движки у «Майбаха» максимум мощности на шести тысячах оборотов отдают, а они, эти максимальные обороты, никак не соответствуют оборотам винта и редукторам, которые не тянут эти шесть тысяч. Вот и разорвало винт у князя Константина, когда он решил в отрыв пойти.
Мы с ним посчитали, хохмы ради. Так, навскидку. С помощью логарифмической линейки, которой меня научил пользоваться Густавсон. Выяснили для себя, то при разрыве винта его движки работали на семьдесят процентов мощности, на четырёх с половиной тысячах оборотов, может, сотни на две-три выше, но не больше. И не спрашивайте, сколько лошадок они в тот момент выдавали.
Это я к чему рассказываю. Любой агрегат должен быть сбалансирован. Одной силой мотора ничего не решить, если вся последующая за ним цепочка агрегатов на то не предусмотрена.
Нет, ну сами подумайте, зачем мне мощный мотор, если редуктор и винт не смогут использовать его силу на всю катушку?
Это как с машиной. Движок можно форсировать, а зачем это нужно, если всё остальное ему не соответствует? Чтобы сцепление рвать и тормоза греть до белого каления? Так долго не прокатаешься.
– Наши реактивные двигатели хороши уже тем, что в них нет ни одной вращающейся части. Наддув вместо турбины выполняет магический нагнетатель, который опять же работает от избыточного тепла камеры сгорания основного двигателя. Сами посудите, коэффициент полезного действия у реактивного двигателя больше сорока процентов, и это против теоретических двадцати пяти у бензинового.
– Если всё так хорошо, как вы, князь, говорите, почему на них никто не летает? – недоверчиво нахмурил лоб князь Константин.
– Нет пока технологий для изготовления турбин. Да и с жаростойкими сплавами огромные проблемы. Мне говорили, что немцы в этом направлении дальше всех продвинулись, но без всякого хвастовства замечу, что до наших двигателей им ещё крайне далеко.
– Посмотрим, как вы с ними управляться в нашей совместной экспедиции будете. Отчего-то я пока им не очень доверяю. Как бы сказать помягче, неубедительные они какие-то с виду, – покрутил Константин в воздухе рукой, жестом дополняя речь, – Но для самолётов они наверняка подойдут, не так ли? – как всегда красиво намекнул он на что-то такое, чего мне надо будет потом обдумать.
Знаю я их намёки, чуть не каждое слово у этих князей с каким-то значением.
