Как по мне, так он немецкий шпион. Может, не из самых лучших, но на самом деле вовсе не плох. Довелось мне не так давно в Германии побывать. Там переводчики говорят куда как с более выраженным акцентом, чем этот продавец. Понятно, что разницу можно списать на разговорную практику, но он и над сложными названиями не особо задумывается. Не исключено, что я ошибаюсь, но, как говорится, лучше перебдеть…
– Ваше Сиятельство, мой продавец сказал, что вы есть иметь ко мне разговор? – запыхавшись от подъёма по лестнице, залетел в зал лупоглазый партнёр владельца магазина. Тот, белесый, с глазами на выкате, что помоложе.
– Я случайно услышал, что у вас проблемы с учётом чеков Имперского Банка. Это правда? – не поворачиваясь к нему и поглаживая рукой непромокаемую ткань костюма, спросил я у немца.
– Э-э, нам рекомендовали об этом не говорить.
– Другими словами, если у меня будет большой заказ, то на вас я могу не рассчитывать? – задал я вопрос небрежным тоном, старательно скопировав на лице то выражение скуки, которое так модно было среди курсантов из аристократии.
– Простите, Ваше Сиятельство, а на сколько большой заказ вы предполагали сделать?
– Мне тут чуть ли не тысячу бойцов надо бы переодеть, – попечалился я, не став уточнять, что казаков я не собираюсь переодевать в дорогущие альпийские комплекты.
В том смысле, что переодеть-то мне их надо. Иначе, любой посторонний наблюдатель поймёт, что у меня и у Империи одни и те же войска. Пусть и нерегулярные, но…
А альпийские комплекты я для своих снайперов присмотрел. Там всё, как под них специально предусмотрено. Егерь-снайпер, с лобаевской винтовкой в руках, да при соответствующей одежде – это жуткая машина смерти.
– При таком большом заказе мы могли бы дать вам скидку в пять, а то и все семь процентов, Ваше Сиятельство – порадовал меня пучеглазый.
– Я рад, что мы начали находить общий язык, – одобрил я его подвижки, – Но попробуйте представить себе вопрос немного шире. Скажем так, из-за того внимания, которая оказала вам дочь кайзера, я могу предоставить вам гораздо более выгодный процент при оплате чеками Имперского Банка. Будете получать почти столько, сколько там написано. С ответом я вас не тороплю, но на завтрашнем обеде, где, как я полагаю, вы будете, мне бы хотелось услышать от вас более приятную цифру скидки на мои заказы. Постарайтесь правильно подсчитать, какие выгоды вам принесёт моё предложение, – благосклонно кивнул я немцу, поржав про себя, что для большей непонятки мне удалось привлечь к этому делу ещё и Алису, отчего у немца глаза вообще чуть не вывалились.
Так-то немцам я жирного червячка забросил в виде наживки. Мало им было пошлин, которые ввела Империя, прекратив во Владивостоке режим порто-франко, так тоговцев ещё существенно местный губернатор начал поддаивать, монопольно делегировав своему банку права на учёт Имперских чеков со сказочным процентом комиссии.
Что мне у немцев понравилось, так это товар без дураков.
Да, всё у них выходит подороже нашего, иногда даже раза в два, но дело не только в ценах и названиях. В немецких ботинках действительно можно лазить на скалы, и гораздо меньше при этом опасаться травм, чем в тех, что у нас в армии тебе выдадут. И вовсе не факт, что у нас это будут ботинки, а не сапоги.
Короче, я так решил, что мои егеря, отстрелявшие из своих снайперских винтовок не одну тысячу патронов, достойны большего. Теперь дело за Светой и Алёнкой. Надо с их помощью, как-то мягко донести до сознания местного губера, что халява заканчивается. Пусть пока не полностью, но ради общего дела, может, и не совсем общего в его понимании, ему придётся подвинуться. Дарить деньги просто так я ему не готов, каким бы красавцем он себя не считал. У меня есть кому и что дарить, если фантазия придёт. Целых три жены. На их фоне, да с учётом того, что я воинствующий натурал, у губернатора просто нет шансов на подарки с моей стороны.
– Правда, здорово?! Я такого магазина даже в вашей столице не видела, – довольно высказалась немецкая принцесса на крыльце торгового дома, пока Антон жестами с этого самого крыльца пытался распределить подарки и покупки по багажникам машин кортежа.
Выходило у него это так себе.
Вы знаете, что такое немецкая пуховая перина на двуспальную кровать?
Не, когда она умята, сложена и упакована – это ещё туда-сюда, а когда только снята с витрины…
Короче, многое из купленного в конце концов занесли обратно на склад. Может не всё, но самую большую и объёмную часть этого всего. Иначе наш представительный кортеж превратился бы в торговый караван, а встречающие нас лимузины и остальные машины оказались бы навьючены, как корабли пустыни. Придётся нашим дамам потерпеть и подождать, когда подарки и покупки им немцы грузовиком доставят. Прямо в летнюю резиденцию губернатора, где нам выделен целый особняк.
С губернатором и его банкиром мне удалось решить вопрос по векселям и чекам, но вовсе не так, как я планировал.
Банкир у Мухина – тот ещё пройдоха!
