— Вот ты и здесь, — сказал мужчина.
Жюльетта не казалась ни удивленной, ни испуганной, и это успокоило ее собеседника.
— Меня зовут Тэд Хэрроу.
— А меня Жюльетта.
— Я знаю.
Именно в это мгновение Жюльетта отчетливо поняла, что от этого человека исходят все распоряжения, от которых зависит ее жизнь. Это он задумал операцию во Вроцлаве, отдал приказ Джонатану и направлял действия ее тюремщиков в Южной Африке. Отчего она была так в этом уверена? Жюльетта не дала бы ответа на этот вопрос. Быть может ей просто не верилось, что такой человек подчиняется чьим-то приказам. Из всех ее собеседников он первый походил на настоящего «хозяина».
— Благодарю вас за то, что вы согласились, — сказала Жюльетта.
— Согласился на что?
— На то, чтобы я осталась с вами в игре.
— Ты меня благодаришь… — задумчиво произнес человек.
Хэрроу говорил, не отводя взгляда. В лице его не дрогнул ни один мускул, и только прищур глаз выдавал его чувства. Он словно опускал занавес, скрывая от собеседника свой внутренний мир, а потом поднимал его, давая взглянуть в голубизну пустынного горизонта. Жюльетта совершила ошибку, нарушив молчание.
— Я знаю, что не оставила вам выбора, — ляпнула она. — Не взыщите.
Из глаз, которые пришлось открыть не вовремя, метнулись молнии.
— Ты и вправду полагаешь, что не оставила нам выбора?
Жюльетта поняла, что сморозила глупость. Она слишком рано ослабила хватку. С таким человеком нельзя фамильярничать.
— Твой мелкий шантаж просто смешон. Мы прекрасно могли обойтись без тебя. Ты свое дело сделала.
Жюльетта отметила, что он первым из всех, казалось, вовсе не волновался из-за судьбы колбы с красной крышкой, украденной во Вроцлаве. Это лишний раз подтверждало, что он единственный, кто контролирует ситуацию и владеет информацией, к которой не имели доступа ни Джонатан, ни те двое из Южной Африки.
— Тогда почему вы меня не убрали?
Тед прикрыл на мгновение глаза, потом снова открыл их и встал. Он подошел к стене дома и взял с покосившейся полки глиняный кувшин и пару стаканов.
— Потому что ты еще можешь нам пригодиться, — сказал он, наливая обоим воды.
— Именно этого я и хочу, — воскликнула Жюльетта и снова пожалела о том, что не прикусила язык.
В сидевшем против нее человеке чувствовалась странная смесь силы и сдержанности. За ним хотелось идти без оглядки, но приходилось признать, что любое проявление эмоций провоцирует его гнев и ненависть. И все же Жюльетта ничего не могла с собой поделать. Переполнявшее ее возбуждение против ее воли выплескивалось наружу.
— Я хотела бы бороться вместе с вами, — сказала она, пытаясь сохранять спокойствие. — Я хочу послужить делу.
— Какому делу? — отрезал Хэрроу, грохнув стаканом об стол.
Несколько капель воды выплеснулось наружу, и они оба уставились на них как на знак безудержной ярости, прорвавшей плотину невозмутимости.
— Ты думаешь, — сказал Тед глухо, — что наша миссия сводится к освобождению собачек и кошечек?
— Не сомневаюсь, что дело куда серьезнее, — ответила задетая вопросом Жюльетта.
Тед встал, прошелся по площадке и снова уселся за стол. На губах его впервые заиграла улыбка, впрочем, вполне безразличная, на манер некрасивой вещи, чья ценность определяется лишь ее редкостью.
— Ты узнаешь, — сказал он. — У тебя еще есть немного времени, чтобы узнать.
Жюльетта не стала обращать внимания на плохо скрытую угрозу, прозвучавшую в этих словах. Главным было другое: она преодолела все препятствия и, в отличие от Джонатана с его нелепым подчинением своим «заказчикам», покинула затхлый мир исполнителей, чтобы приблизиться к тем, кто владеет ситуацией и принимает решения.
— Поживешь здесь, — сказал Тед с расстановкой, словно полководец, уточняющий план баталии. — Когда меня не будет с тобой останется Рауль.
Он кивнул в сторону человека, незаметно примостившегося в углу площадки. Любопытно, спросила себя Жюльетта, он так и сидел тут все время или незаметно проскользнул только что. Это был индеец с приплюснутым носом и черными волосами, стянутыми банданой. На нем красовалась рубашка с длинными рукавами и вышитыми коровами. Жюльетту поразило его сходство с Тедом. Если не обращать внимания на глаза — у индейца они оказались карими, — у них были одинаково темные волосы и цвет кожи. Любопытно, кем были предки Теда?
Услышав свое имя, индеец бесшумно скользнул к двери дома и исчез в сумраке.
— У тебя есть вещи в машине? — спросил Хэрроу.
— Сумка.
— Рауль принесет ее, когда отгонит машину.
Тед встал и сделал ей знак следовать за ним в дом. Чтобы не стукнуться о косяк, ему пришлось нагнуть голову.
