— Привет! — радостно сказала девочка. — Ты уже проснулась? Давай знакомиться. Меня Дианой зовут. Тебя Лизой, да? Пойдем скорее полдничать, только тебя и ждем, когда ты выспишься. А еще папе нужно съездить в одно место, поговорить с заказчиком. Папа сказал, что ты ищешь своих детей? Папа их обязательно найдет, он у меня самый лучший сыщик на свете. Папа сказал, ты замужем? Жалко, ты симпатичная. И моим бабочкам понравилась.
Диана, беспрестанно болтая, с ритмичным стуком зашла в комнату. Стучали ее костыли: девочка сильно подволакивала при ходьбе правую ногу. Лиза вздрогнула от этого стука и отмерла.
— Привет, — со слабой улыбкой сказала она. — Очень рада знакомству. Папа сказал тебе правду, я пока что замужем, но уже скоро разведусь. И ты тоже симпатичная.
— Пойдем, я покажу тебе, где туалет, — очень вовремя предложила Диана. — Кстати, если ты хочешь спросить меня про костыли, но стесняешься. Меня сбила машина три года назад, я долго лежала в больнице, и с тех пор одна моя нога мертвая. У меня есть крутая коляска, но мне нельзя на ней много ездить, потому что тогда у меня слабнет здоровая нога и позвоночник. А так смотри, какие у меня от костылей мускулы! — и довольная девочка продемонстрировала ей свой бицепс.
— Круто! — искренне восхитилась Лиза. — Ты большая молодец. А теперь веди меня в туалет! Я выпила слишком много чаю!
Она посматривала на Диану с затаенной грустью. В голове смешались и беспокойство за своих родных детей, которых она не видела больше суток, и жалость, и восхищение мужеством и жизнерадостностью маленькой девочки. А еще благодарность к Гене за то, что не бросил ее, свою бедовую заказчицу. Она ведь в самом деле готова была готова идти совершать глупости. Узнав об измене мужа, почувствовала себя настолько грязной, использованной, вывернутой наизнанку, что захотела на самом деле стать такой. Захотела отомстить. А Гена не отпустил. И сам не воспользовался, хотя мог бы. Притяжение между ними было, Лиза это чувствовала. Но он напоил ее чаем и уложил спать. Может, все это и к лучшему. Это просто временное помутнение рассудка, как и поцелуи в машине. Он найдет ее детей, и между ними больше не останется ничего общего. Она это понимает, наверняка, и он тоже.
Но дочка у него такая хорошенькая. Веселая, доброжелательная, несмотря на физическую немощь. Женское сердце растаяло от умиления и сострадания. Наверное, Гена очень хороший отец. Дополнительные очки в его пользу. Много-много дополнительных очков в его пользу.
Такой вот винегрет из мыслей смешивался у Лизы в голове, пока она приводила себя в порядок.
— Привет, выспалась? — как ни в чем не бывало спросил ее детектив, когда они с Дианой появились в зале. — Ты обед проспала, но мы с Ди тебе все оставили. Садись, поухаживаю за тобой. Смотри-ка, твоя голубая подружка уже тут как тут!
Лиза сначала не поняла, о чем он, и лишь когда девочка засмеялась, глядя на ее голову, и потянулась за телефоном, она поняла, что на ней сидит бабочка.
— Ты ей понравилась, — Диана была в восторге. — Ты ей кажешься экзотическим цветком. А ты знаешь, что если бабочка села тебе на руку или на голову, то это к позитивным переменам в жизни, приятным путешествиям и хорошим новостям?
— Девочки, быстро есть, у нас сегодня много дел, — строго прикрикнул на них Гена. Но глаза его при этом улыбались. — Мне какое-то время нужно уделить работе, но потом я буду полностью в вашем распоряжении.
И сказал это так спокойно, так обыденно, как будто он только и делал, что знакомил свою единственную дочь со своими заказчиками.
После обеда-полдника, потому что, оказывается, за стол они сели в четыре часа пополудни, Гена опять запретил Лизе прикасаться к посуде. И как бы между прочим негромко сказал ей:
— Ты в порядке? Если тебе нужно домой, я отвезу тебя. Но только домой, а не в другое место. Сдам из рук на руки Александре Ивановне.
— Работай-работай, папочка, мы найдем, чем нам заняться, — вмешалась Диана. — Лиза, ты же составишь мне компанию?
Лиза с улыбкой кивнула головой. Она не могла отказаться и уехать домой, в пустую квартиру. На душе все еще было неспокойно. Будущее пугало ее, она не знала, чем закончится ее развод. Смогут ли ее дети быть такими же доброжелательными и беззаботными, как Диана Козлова? Ее родители ведь тоже развелись, но она регулярно приезжает к отцу, нормально общается с ним. А вот что будет с их семьей? Что будет с ней, с Артемом, с их детьми? Будет ли он общаться с детьми после развода? Он ведь должен крупную сумму денег. Даже если продаст свой старенький автомобиль, суммы от продажи не хватит, чтобы покрыть долги… Нет. Не хочет она сейчас об этом думать. Нет у нее душевных сил и спокойствия. Лучше уж сбежит от невеселых дум, проведя семейный вечер в компании отца и дочки. Насладится покоем и уютом их маленькой оранжереи.
