У меня нет ни секунды даже на то, чтобы позвонить отцу и спросить, как там дочка! Звание Худшего папаши года, считай, в кармане. Однако страх за Аленку сильнее остальных инстинктов и совести.
Я просто обязан вырвать свою жрицу из лап монстра, которого она считала мужем. Навсегда избавить от страха и потребности в вечных переездах.
Для этого нужно только ускориться… успеть!
Не пропустить поворот.
Удержать сигнал.
Внимательно контролировать движение красной точки.
Последняя мысль действует на меня гипнотизирующе.
Я с головой погружаюсь в гонку. С упорством одержимого топлю в пол педаль газа. Распугиваю пешеходов и других водителей, гоню по питерским улицам. И лишь спустя какое-то неизвестное количество минут замечаю, что больше не слышу сирену Смагина, не вижу его машину и вообще еду один.
— Какого хрена?.. — Стреляю взглядом по зеркалам. Пусто. — Что, блядь, происходит? — спрашиваю у своего молчаливого «напарника».
— Наши в пути. Окружают падлу. А вот менты слились, — он подтверждает мою догадку.
— Смагин не должен был…
В Сереге я уверен на сто процентов. Он не мог подставить меня в такой момент. Его люди и Байкал сейчас нужны нам еще больше, чем во время поиска Кати.
— Вопросы не ко мне. — Умывает руки «напарник». — Возможно, он знает. — Кивает за мигающий экран телефона.
Не отвлекаясь от дороги, я вслепую тыкаю на «принять вызов» и включаю громкую связь. Теоретически в такой момент звонить может или Попов, или Тихий. Но в динамиках внезапно раздается голос совсем другого человека.
— У меня хреновые новости, Егорка, — печально произносит полкан.
— Александр Павлович?
В шоке я кошусь на экран. Никаких ошибок. На связи Сыровский.
— Знаю, что у тебя сейчас задница. Но выбора у меня нет. Вынужден сообщить, что отстраняю тебя от дела.
— Что?!
Такого просто не может быть!
Не сегодня!
Не сейчас!
— С этой минуты делом маньяка занимается только Москва. Тебе приказано срочно свернуть расследование. Передать им всю документацию. И вернуться в отделение для получения дополнительных указаний сверху.
— Они ебнулись там? Этот урод украл мою дочь, а сейчас может убить мою женщину!
— Извини, Егорка. — Сырского не узнать. Старика словно перепрошили. — Я сделал, что мог.
— Ясно… — С шумом выдыхаю. — А если я не подчинюсь?
Не стоит уточнять это по телефону. Полкан не дурак, чтобы подставляться и благословлять меня на безумства.
— В таком случае, в течение этого дня ты должен прибыть в отдел и сдать оружие.
— У меня время до вечера? — Ловлю намек на лету.
— Я буду на месте до двенадцати. Лично приму у тебя табельное, — звучит уже бодрее, без этой странной, не типичной для полкана сухости.
— Понял! — Еще сильнее жму на газ.
— Не опаздывай, Золушка. Бахча и крысы дольше ждать не смогут.
После разговора с полканом я больше не трачу ни минуты.
Будто сверху кто-то решил окончательно добить «хорошими» новостями, маячок Алены замирает на месте в районе Крестовского острова. Это значит: или Попов добрался, куда хотел, или кто-то избавился от шапки с отслеживающим устройством.
Очень хочется верить в первое. Сейчас на душе столько злости, что смогу взять урода в одиночку. Пофиг на все его чемпионские титулы и бойцовские навыки. Но чувство жопы подсказывает, что хрен мне, а не быстрый арест.
О том, что чуйка не врет, понимаю на месте. Впереди за высоким забором нескромный домик какого-то прикорытного бизнесмена или охреневшего от взяток чиновника. Слева похожее на неприступную башню здание охраны. С камерами, зеркалами и бронированным стеклом. А прямо перед ним угнанная тачка и брошенная на грязный асфальт шапка.
— Увезли нашу красавицу, — цокает языком мой молчаливый сосед. — Или она теперь в этом доме.
Он вместе со мной выходит из машины и подходит к забору.
— Алену пересадили в другую тачку. — Провожу пальцем по свежим следам от протекторов рядом с малолитражкой.
— Да. Ушлепок так торопился, что газанул с места, — потрогав отпечатки, подтверждает «напарник».
— У него теперь косяк на косяке. Совсем крышу сорвало. — Пытаюсь по размеру протектора понять, какой была машина.
— Или собрался свалить за бугор, — задумчиво тянет «сосед».
— Я ему сейчас свалю!
Глянув в окошко охраны, я набираю Смагина. Раз Москва так настойчиво пытается меня устранить, официальный путь получения информации временно перекрыт. Не удивлюсь, если технический отдел уже отрубил мои доступы к базам данных и изъял рабочую технику.
К счастью перекрыть кислород всем питерским ментам не под силу никакому продажному генералу.
— Говорить можешь? — первым делом спрашиваю у кинолога.
— Сейчас еще в машине. Могу. Скоро буду в отделении. Там вопрос.
— Понял. Тебя на «землю» отозвали? — Высматриваю на будке охраны адрес фазенды.
— Да. Сказали срочно. И без лишних разговоров.
— Ясно. — Стискиваю зубы.
Если «без разговоров», значит, могут слушать. С моим телефоном такая штука не пройдет. Об этом я позаботился еще пару лет назад. Смагин такими вопросами явно не запаривался. Не с его работой переживать, что скажет лишнее.
