На улице Игнат о чем-то громко разговаривал с Германом.
— Куда ты? — Литвинов рванул к жене, видя как она идет к своей машине.
— Домой! — негромко процедила Алиса. — Ты же этого хотел?
— Поехали вместе, — попросил Литвинов. — Твою тачку завтра отгоню. Не хочу, чтобы ты ехала одна сейчас.
— Или думаешь я поеду не домой? — усмехнулась Алиса. Ничего не могла с собой поделать — нравилось ей видеть просящего Литвинова, с его-то высокомерием и гордыней.
— Дай мне шанс! — снова повторил он, а Алиса молча протянула ему брелок от своей машине. Он тут же исчез в кармане куртки Германа.
Зачем Алиса так поступила, она и сама не знала. Ведь все равно наврет ей. Доверия не было, но она почему-то села в его машину. Игнат, наверняка, разочарован и не захочет с ней после этого общаться.
— Ты не пожалеешь! — донесся тем временем довольный голос Германа.
Алиса промолчала. Она уже жалела.
Они неслись по пустынному загородному шоссе, фонари горели преимущественно около заправок, а в остальном приходилось полагаться только на светоотражающие знаки.
Алиса даже успела чуть задремать, когда машина неожиданно резко дернулась, Герман нервно выругался и нажал на тормоз.
— Что случилось? — спросила Алиса и тут же зажмурилась от яркого света чужих фар.
— Какой-то ублюдок подрезал, — бросил Герман, уже открывая водительскую дверь.
— Не надо! Стой! — Алиса попыталась удержать мужа, но тот лишь расхохотался. — Я быстро. Не волнуйся.
Легко сказать! Она видела как Герман подошел к старым грязным жигулям, Алиса не могла даже понять, какого цвета машина, не говоря уже о госномере. Из нее вышло двое мужчин, Герман, кажется, что-то им сказал, но один из них тут же замахнулся и ударил Литвинова. Алиса вскрикнула, стала дергать ремень безопасности, чтобы освободиться, но он никак не хотел отстегиваться. Тем временем на ее глазах завязалась ожесточенная драка. Герман повалил одного на асфальт, но у второго что-то сверкнуло в руке, Алиса не разобрала, он ударил Литвинова и тот рухнул как подкошенный. Теперь Германа били ногами.
Она кричала, но ее никто не слышал, остервенело дергал за ремень, который наконец, чудом отлетел в сторону. Через секунду она уже выскочила из машины и своим появлением отвлекла нападавших.
— Это еще что за баба… эй, иди-ка сюда!
Крепкие, с ничего не выражающими неприметными лицами и оттого еще более страшные, они пошли прямо на нее. Только сейчас Алиса осознала, какую глупость совершила.
— Не трогай ее, мразь! — Герман с трудом поднялся, его лицо было полностью залито кровью. Он едва держался на ногах, но буквально повис на одном из мужчин, пытаясь его задушить. Второй грубо отпихнул Германа в сторону. Тот не устоял на ногах и упал, ударившись головой о бетонный отбойник.
— На первый раз достаточно! — сплюнул первый, а Алиса с криком уже подбежала к мужу. — Чтобы старших уважал.
Алиса услышала как хлопнули двери жигулей и раздался визг шин. Она смотрела на Германа. Из головы на серый снег текла черная кровь. Глаза Германа были открыты. Он не дышал.
Глава 57
В городской больнице, куда полчаса на “скорой” доставили Германа, Алису заставили заполнять тонну каких-то бумажек, а у нее перед глазами строчки расплывались и рука ходуном ходила. Хотя когда они еще ехали, медсестра вколола ей успокоительное.
— Давай я, а ты потом подпишешь, — участливо предложил Игнат, сидящий рядом, но Алиса лишь покачала головой.
Она сама.
Сабуров примчался одновременно со “скорой”. Алиса позвонила ему там же, сидя на грязном от снега асфальте рядом с Германом. Именно он заставил ее встать, буквально оторвал от Литвинова и дал медикам выполнять свою работу. Они же вызвали полицию, Алиса совсем забыла про нее.
Она вообще ни о чем и ни о ком не думала, только о жизни Германа, которая буквально на ее глазах вытекала из него. Такого молодого и красивого, полного сил и энергии. Алиса смотрела на его неподвижное тело и не могла поверить, что все происходящее — реальность. Вот эти люди, которые суетятся вокруг него, кричат друг другу. До нее не сразу дошли слова, брошенные одним из врачей — “не довезем”.
Мир исчез, превратился в одно темное пятно, в котором едва слышно бился пульс.
“Только что бы выжил! Господи, что угодно, только бы остался жив! Господи, пожалуйста!”
Алиса молилась как умела, просила, умоляла Бога помочь. Обещая все что угодно, она все сделает, только чтобы Герман жил. Вся ее жизнь, ее заботы и желания, планы, ее будущее словно перестали существовать.
Вся ее вселенная сократилась до одного маленького старого монитора, казалось, именно он и решал, жив ли ее муж или нет.
Она сбивчиво благодарила врачей, но те лишь отводили взгляд. Будто знали больше, чем Алиса. Но она не разрешала себе думать, что он умрет. Боялась, что ее жизнь тоже закончится, если его не станет.
С Германом ее, конечно, не пустили, оставили в приемном покое заполнять бумажки. А ее трясло и сидящий рядом Игнат не мог ее успокоить. Хотя не будь него, она, наверное, уже сошла с ума.
