— Его оперируют, да? — спрашивала она безликую женщину в белом халате. Алиса силилась, но не могла даже запомнить ее лицо. — Скажите, что с ним.
— Сначала документы, — отрезала та. — Скажи спасибо, что приняли, а не отправили на Веселовского через весь город.
— Спасибо! — на автомате ответила Алиса, не слишком понимая, за что.
Какие могут быть документы сейчас?! Она металась по коридору, но кого в нем выловишь в три часа утра?
— Я хочу видеть главврача! — снова бросилась Алиса к дежурному администратору. — Сейчас же! Я имею право знать, что с моим мужем!
Ее гневная тирада не произвела никакого впечатления, ей лишь посоветовали успокоиться или ее сейчас же выгонят на улицу.
— Алис, правда, успокойся, — тихо сказал подошедший к ней Игнат. — Странно, что нас еще не выставили отсюда. До утра ничего…
Но она лишь махнула рукой. Нет, она была благодарна Игнату, что он с ней, но ждать больше не могла и надеяться тоже.
— Послушайте меня внимательно, Светлана Андреевна! — вот теперь Алиса не только видела безликую тетку, но и прочитала ее имя на бейдже. — Я — дочь прокурора Климова. И я клянусь вам, если мой муж умрет в этой больнице, если ваши врачи не сделают все, чтобы его спасти, вы все сдохните в тюрьме. Обещаю, вы все заплатите!
Алиса говорила страшные слова и сама им ужасалась. Но видя как бледнеет лицо Светланы Андреевна, поняла, что все делает правильно. То, что могло превратиться в угрызение совести мигом растворилось в душе. Алиса решила еще поднажать.
— Мой муж — сын Аркадия Литвинова, если вы живете в нашем городе, вам знакомо это имя. Подумайте, что будет, когда я ему все расскажу…
— Я поняла! — огрызнулась тетка и тут же ожесточенно стала бить по клавиатуре своего компьютера. А Алиса от нее не отходила ни на шаг.
— Я требую, чтобы мне сказали, что с моим мужем! — снова заговорила она. И еще ударила кулаком по столешнице. Так как это обычно делал ее папа.
Не прошло и минуты как спящая больница ожила. Алиса слышала как забегали на втором этаже, наконец раздались громкие встревоженные голоса.
— Ну ты дала, — тихо ухмыльнулся Сабуров. — Я тебя даже не узнал.
— Я сама себя не узнала, — не оборачиваясь ответила Алиса. — Господи, какая я же дура! Почему сразу не позвонила папе?!
— Литвинову я написал сообщение, — Игнат осторожно погладил взбудораженную Алису по плечу. — Но оно пока не прочитано. Либо спят, либо в самолете летят. Они когда должны вернуться?
— Кажется, сегодня, — ответила Алиса. Она представила, что будет с родителями Германа. — Я ничего не могу сделать, понимаешь? Вообще ничего! Я должна сидеть тут и ждать, пока он… он…
Рыдания снова подступили к горлу, она не сопротивлялась объятиям Игната, но облегчения они ей не приносили. Ей никто не мог помочь.
— Ты сделала все, что могла.
— Этого недостаточно! — сказала она то, что на ее месте сказал бы ее папа. — Папа! Надо ему позвонить.
Если кто и может заставить этот мир вертеться как надо, так это ее отец. В его могущество Алиса верила больше, чем в себя.
Он ответил через три гудка, голос, несмотря на время, был бодрым.
— Алиса, что случилось?
— Герман…, — едва слышно прошептала она. — На него напали, он при смерти… папа! Помоги!
Но он ей не поверил.
— Как при смерти? Не неси чушь! — резко ответил он и замолчал, явно переваривая ее слова. — Так, успокойся и с самого начала.
Алиса рассказала все, на удивление в памяти зафиксировалась каждая деталь, она даже смогла рассказать как выглядели те два отморозка.
— Я разберусь, этих уродов найдут и накажут, — выслушав дочь, ответил Климов. — Успокойся, я сейчас пришлю ребят, они помогут.
И отключился.
Алисе оставалось только ждать. Вокруг нее теперь суетились, даже главврач появился и едва ли не за руку ее держал. Но новостей не было. И с каждой минутой ожидания, в Алисе медленно умирала надежда.
Лишь в девять утра, когда сил у нее уже не осталось, она увидела как к ней идут главврач и еще двое незнакомых докторов.
Одного их вида было достаточно, чтобы все понять без слов. Но Алиса упрямо отказывалась верить.
— Активность мозга очень низкая. Шансы невелики...
Глава 58
— Мой красивый умненький мальчик будет… овощем? — Софья Андреевна Литвинова смотрела на Алису, но не видела ее. — Инвалидом в двадцать четыре года, который даже не поймет, что у него… у него…
Она не выдержала и разрыдалась. Стоявшая рядом Алиса вдруг подумала, что даже плачет эта изысканная женщина очень красиво — ни безобразной истерики, ни размазанной туши под глазами и опухшего носа.
Вместе со свекровью Алиса только что вышла из кабинета главного врача лучшей частной клиники в области, куда Германа перевезли, как только это стало возможно после операции. Врачи городской больницы не скрывали радости, что их тяжелый и такой опасный пациент от них “съезжает”.
Алиса не знала, что сказать матери Германа, как успокоить, как поддержать. Да и возможно ли это? Сама Алиса уже выплакала все слезы еще сразу после операции, которая прошла не очень удачно, хотя врачи по их словам сделали все, что могли.
