Тогда я сбежала, но в итоге снова пришла сама. Как смешно и глупо. Он не искал поводов встретиться со мной, я же сходила с ума, падая в одну и ту же бездну. И когда я увидела на грязном полу чёрную кожаную перчатку, так знакомую мне, я ни секунды не раздумывала.
Сердце гулко стучит в груди, пока я стою напротив его двери. Рука с перчаткой дрожит, и я посильнее прижимаю её к груди, делая вдохи через раз. Я трусиха. Из-за двери доносятся крики и громкая музыка. Меня совсем не ждут. С одной стороны мне горько, а с другой... мне так хочется туда.
Пока я стою и лелею свои страхи, дверь распахивается снова, и из неё выходит стройная девушка в короткой юбке и сигаретой в руке. Она ухмыляется и смотрит как-то ожидающе. Я же словно воды в рот набрала, щёки краснеют.
- Эй, Ленок, ты куда собралась? - слышу знакомый низкий голос, только сейчас он звучит как-то развязно, пока Игнат просовывается в дверную щель. И вот тут он замечает меня. Меня сразу бросает то в жар, то в холод, пока он ухмыляется. И эта ухмылка так напоминает ухмылку этой девушки, что мне становится нехорошо. Я не могу понять, что она обозначает, и от этого ещё хуже.
- Птичка, ты чего пришла?
- Я... вы перчатку потеряли, вот я и хотела... - пищу я, протягивая ему треклятую перчатку. Мне хочется провалиться сквозь землю, пока он осматривает меня с ног до головы, изучая словно дикую зверушку, а потом наконец забирает перчатку. На секунду касается моей холодной кожи своими тёплыми пальцами, и я с шумом втягиваю в себя холодный воздух.
Глупая. Бросив быстрый взгляд на девушку, я вижу, что теперь она наблюдает за мной с любопытством. Вот теперь мне следовало бы уйти. Я отдала перчатку, и меня совсем не ждут... но я не могу. Я стою и ловлю с открытым ртом насмешливые взгляды Игната, всё жду чего-то.
- Это всё? - словно сдерживая смех, спрашивает Игнат. Я вижу, как его рука скользит по бедру девушки, и на меня накатывает тошнота. Я не хочу смотреть, но и отвести взгляда не могу.
- Да... я, пожалуй, пойду, - задушенно испускаю я, чувствуя себя кроликом перед удавом. Я хочу повернуться и уйти, правда. Мне претит стоять и смотреть на это. Но не получается.
- Игнат, а пусть она зайдёт к нам, - неожиданно говорит девушка и сбрасывает руку Игната. Тот недовольно морщится, но всего лишь на секунду. Говорит мне подождать, окинув меня снова каким-то непонятным взором, а сам заходит в квартиру, уводя за собой девушку. Дверь они не закрывают, и я даже сквозь басы слышу некоторые обрывки фраз: «малолетка», «тюрьма», «мама». Нетрудно догадаться, о чём идёт речь, и от этого мне лишь становится хуже.
Но уйти я не успеваю, потому что после недолгих переговоров, которых я уже не слышу, Игнат выходит и опирается на косяк, глядя на меня сверху вниз. Я хочу отвернуться и сказать что-нибудь, но в глотке застревает ком невыплаканных слёз и горьких слов. Но я ничего не говорю, конечно же. Игнат снова улыбается своей улыбочкой, такой знакомой и сжимающей моё горло.
- Ну что, малышка, готова повеселиться по-взрослому? - он обволакивает меня своим шёпотом, наклоняясь ко мне. Разум подёргивается туманной дымкой, и я всё забываю. На секунду в сознании мелькает мысль о том, какая же я дура, но я тут же отгоняю её. Мне хочется лишь только смотреть в его серые глаза и слушать его голос. - Только не вздумай говорить мамочке.
Меня почему-то захватывает азарт, когда он отстраняется, пропуская меня. Я хочу, хочу туда до безумия, хоть и боюсь. Игнат словно видит это и подмигивает мне. Мне сразу становится легче, и я, движимая чем-то большим, чем любопытством, поддаюсь искушению и вхожу в квартиру.
Это мне кажется совсем другим, новым и неизведанным миром, который существовал параллельно с моим маленьким и уютным мирком, но о котором я ровно ничего не подозревала. А сейчас вдруг открыла. И, знаете, мне это понравилось. Меня заворожило абсолютно всё - запахи алкоголя, потных тел и чего-то ещё, витавшие в плотном и горячем воздухе; звуки орущей толпы, бьющей по ушам музыки. Я уже была в квартире Игната, но сейчас всё как будто совсем по-другому. В гостиной, которая стала словно больше, почти совсем темно, а от обилия веселящихся и орущих людей нечем дышать. Моя верхняя одежда каким-то образом исчезает с меня.
Я задерживаю дыхание, продвигаясь в толпу, словно слепой котёнок, то и дело натыкающихся на больших людей. Мне хочется зажмуриться, но глаза у меня широко раскрыты. Смех звучит везде. Я не боюсь. Совсем. Я словно себя не контролирую; мне хочется всего и сразу. Я не стесняюсь людей совсем, и из головы вылетает всё - репетиторы, домашка, мама. Храбрости мне придаёт горячее прикосновение к моей спине, оно согревает, пуская табуны мурашек по коже. Я знаю, чьё оно. Мне хочется обернуться, но в этом есть какой-то шарм, ощущать его прикосновение, знать, что он здесь, но не видеть его.