Не было бы счастья... полностью

— Не может же все быть настолько плохо, Зои.

Зои Холланд отвела взгляд от малышки, которую держала на руках, и негодующе кивнула маме девочки.

— Еще как может, Сильви! — с пылом заявила она. — Он просто монстр какой-то. По-моему, он не успокоится, пока не посадит меня на кол и не выставит на всеобщее обозрение. Да ты Ливи спроси!

Сильвия Бьюканан, вопросительно изогнув светлую бровь, обернулась к сестре за подтверждением. Оливия Магуэйн коротко кивнула в поддержку Зои.

— Он и вправду по какой-то непонятной причине взъелся на Зои, — сказала она и метнулась за своим карапузом через всю огромную ультрасовременную кухню сестры. Подруги каждый месяц встречались за ленчем у одной из них. Сильвия принимала гостей в первый раз после рождения Женевьевы. — Осторожнее, Саймон, — погрозила Оливия полуторагодовалому сыну. — Особенно с цветами. Тетя Сильви и дядя Чейз совсем не такие неряхи, как твои мама с папой.

Сильвия весело фыркнула.

— Не преувеличивай. При чем тут я? Вот дядя Чейз — того действительно неряхой не назовешь. Он до сих пор не может привыкнуть к беспорядку, который возникает в доме вместе с детьми. Кстати, по его мнению, дети как таковые — это тоже беспорядок. Но не думай, что если я вышла за Чейза замуж, то и сама переменилась. Мы с Дженни на пару доводим его до сумасшествия. — Сильвия наклонилась к плечу Зои и потрепала малышку за носик:

— Правду я говорю, а, кнопка?

Зои любовно прижала к себе трехмесячную девчушку.

— Похоже, ей достались зеленые глаза Чейза и твои белокурые волосы, — сказала она, поглядывая на ребенка. — Прелестное сочетание.

— Точно! — воскликнула Ливи. — Но меня вот что интересует: почему это Дженни родилась с волосиками, а у моего Саймона они только через год начали расти?

— У детей так часто бывает, — отозвалась Сильвия. — И тебе, на мой взгляд, не на что жаловаться. У него такие чудесные кудри! Да, но мы отвлеклись, — вдруг спохватилась Сильвия и перевела взгляд на Зои:

— Ты нам рассказывала об этом вашем новом враче, докторе Фейте.

— Тейте, — поправила ее Зои и положила малышку в переносную колыбельку, красовавшуюся в центре обеденного стола.

Полгода назад доктор Тейт объявился в больнице «Ситон Дженерал», где в родильном отделении работали медсестрами Зои и Оливия, только Оливия — акушеркой, а Зои — в палате грудничков. Система беспроволочного телеграфа сработала быстро, и в Ситоне уже каждый знал, что прежде доктор Тейт возглавлял кардиологическое отделение престижнейшей частной больницы на западном побережье, что университетский диплом у него с отличием и что он вообще всегда и везде получал только высшие баллы.

Несметное количество раз Зои приходилось слышать от самых разных людей, что доктор Тейт — поразительно талантливый врач. И вот теперь этот гений вошел в совет больницы, стал администратором с репутацией звезды в мире медицины. Его ценили и любили абсолютно все.

Все. Но не Зои Холланд.

Нет, разумеется, она с уважением относилась к его талантам и достигнутому положению. Поначалу он ей даже нравился. Уверенно-небрежные манеры, по-мужски красивые черты, белозубая улыбка, предназначенная всем — и никому в отдельности. Но тогда ей с ним сталкиваться не приходилось. А позже он начал меняться. И дошло до того, что любой вопрос — от важнейших до пустяков вроде нехватки стерильных тампонов — приводил к конфликту между ними. И что хуже всего — она всегда, всегда была вынуждена уступать. А что ей оставалось делать? Будь он последним ничтожеством и негодяем, женоненавистником… бельмом у нее на глазу — он все равно, к сожалению, стоял над ней как ее босс.

— Ну, так в чем проблема-то? — спросила Сильвия.

— Не понимаю, — честно призналась Зои. — Могу сказать лишь одно: он готов схватить меня за глотку по поводу и без повода. Оливия ухмыльнулась.

— Да, но с другой стороны, — лукаво сказала Оливия, — большинство медсестер были бы только рады, если бы доктор Тейт схватил их за глотку. А если бы и блузку не пожалел — о, это предел их мечтаний! Причем хорошо бы посреди ночной смены, в самом темном уголке бельевой.

Зои презрительно фыркнула.

— Какое мне до них дело! Он же просто ничтожество. Заносчивый, грубый, эгоистичный, невоспитанный, упрямый наглец.

— С самыми прекрасными в мире золотистыми глазами, — мечтательно вздохнула Оливия. — Цвета выдержанного коньяка, представляешь? Я уж не говорю об этих дивных черных кудрях. Обожаю темноволосых кудрявых мужчин, — добавила она, бросив восхищенный взгляд на собственного сына. — Они просто прелестны.

— Мне тоже нравятся темноволосые, — кивнула Сильвия.

Зои одарила Оливию таким взглядом, словно у той внезапно выросла вторая голова.

— Да ты не иначе как шутишь, Ливи. Джонас Тейт? Прелестный?

— Ну, он же не меня старается вывернуть наизнанку при каждой встрече. Со мной он всегда исключительно вежлив. Разве чуть холодноват и держится на расстоянии… А больше мне пожаловаться не на что.

Зои не верила собственным ушам.