И вот перед путниками открылась новое пространство. Расщелина, по которой они взбирались, привела к укромному уголку в этом каньоне. Размером оно было с большой зал. Когда то здесь под защитой скал от любопытных взглядов и степных ветров и жило белое сестринство. Это место ещё сохраняло следы былого быта в виде скамеек, факельных шестов, столов, ткацких станков, правда, все они хранили на себе следы побоищ. От старой битвы остались копоть огня, сломленные стрелы и глубокие следу рассечений. От новой десятки трупов кочевых воинов. Они лежали, как попало в самых нелепых позах. Вождь хмуро произнёс:
- Вот почему не было засады. Они были убиты уже до нас. Но я не вижу следов битвы. Вся кровь уже спеклась и осталась после очень давнего сражения. – Его народ разочарованно и глупо озирался по сторонам без особого интереса попинывая не случившихся противников.
- Да. Это кровь моих сестёр и фанатиков, что напали на нас. А убило их вот это – Ирда, наступила на полупустой бурдюк, что сжимал в руках, судя по броне военачальник, остатков этого войска. – Их отравили. Думаю, они либо уже небыли нужны своему лидеру и были обузой, либо смерть нужна была, для какого ни будь тёмного ритуала.
Бамлак, резко прикрикнул на своих подчинённых. Ирда, разобрала в его фразе слово «Нет», или «Нельзя». Видимо он предостерёг соплеменников от пития. А девушка направилась в один из проходов в стене. Эти небольшие ответвления служила личными комнатами, в которых жили сёстры. И сама она, когда то жила в одной из таких расщелин. Но сейчас Ирда отправилась в самую большую и извилистую из пещер.
Это была пещера её учительницы – светлой Олесии, настоятельнице ордена. В юности Олесия, была ученицей принцессы колдуньи, которая и открыла пред ней пророчество о возрождении первой жертвы и её роли для мироздания. Именно она и основала сестринство и нашла малышку, чтобы воспитать вдали от плохих рук. Она пыталась. И теперь Ирда, желала, чтобы жертва женщины, заменившей ей мать, была не напрасной.
Во время ученичества Ирду не пускали в покои настоятельницы. Хоть она ведомая любопытством, и пыталась постоянно проникнуть внутрь, но слишком глубоко ей ни разу не удавалось пробраться. Хотя пару раз ей удавалось, заглянув за угол увидеть стопки папирусных свитков, которые Олесия изучала в свободное время.
Лишь единожды одна оказалась в глубине этой пещеры. Во время нападения фанатиков, Олесия схватив её за руку, поволокла по этим не ровным коридорам. Наверное, где то в глубине был тайный ход, но тогда они не успели добежать, и враги настигли женщин. Эти воспоминания пёстрой мозаикой проносились перед глазами Ирды. Шагая по каменному полу, она едва касалась пальцами естественных наклонных стен, ощущая себя, то маленькой девочкой с любопытством крадущейся к запретным комнатам, то юной девушкой, со страхом сбегающей от воинственных мужчин которых она видела впервые в жизни, то взрослой женщиной пришедшей в отчий дом за ответами.
Глава 13.
Дойдя до небольшого поворота Ирда, вгляделась во тьму. Некогда эти проходы освящались системой полированных металлических зеркал днём и факелами ночью. Она присела на корточки, и стала руками разгребать пыль, пока не нащупала одну из таких пластинок. Пролежав в сухой пыли, оно не потемнела от времени. Покрутив её в руках, девушка вдруг поймала своё отражение.
Уже много дней она не видела себя. Последний раз она смотрелась в своё отражение в медном блюде на рынке, незадолго до того, как аколит морского бога приметил её. Именно это её и выдало. Она всмотрелась в свои черты. Интересно меняется ли её лицо в разных жизнях? Всегда ли у неё смуглая кожа и чёрные волосы. Всегда ли у неё карие глаза с длинными ресницами?
Не отрывая глаз, она водрузила зеркало на место в углу, и солнечный луч незамедлительно осветил проход. Это была первая из комнат, из которой ветвились проходы в прочие. И девушка с трепетом двинулась вглубь. Лучик света выделял древний стол, чья ножка преломилась, и все свитки были рассыпаны по полу. И пергамент, и дерево были занесены пылью, скопившейся за эти годы. Ирда с улыбкой вспомнила, как в детстве была недовольно тем, что её каждый день заставляли мести полы. «Вот что выходит, когда пропускаешь приборку» - с нежностью о прошлом подумала она.
Снова опустившись на колени, она стала извлекать свитки из песка, осторожно отряхивая их, и складывая на левую руку. Снаружи великаны опять бранились, по какому-то поводу. Великаны вообще любили ругаться, и эти фразы она стала понимать быстрее прочих. Хотя вождь до сих пор не желал дать ей точный перевод этих слов. Но, тут брань продолжилась звуками драки, и Ирда, крепко сжав свитки подмышкой, выскочила к повороту, чтобы разглядеть что произошло.