Поняв, что её подруга уже не помнит себя, и душа едва держится в теле, Ирда оставила её в покое. Бёдра девушки мелко тряслись, а непослушное тело вздрагивало от каждого прикосновения. И пока воительница, получившая свою награду, не пришла в себя, Ирда тихонечко выскочила за дверь и, собравшись, направилась к рынку. Эти ласки очень возбудили её, и сейчас ей просто хотелось мужчину. Ей было немного досадно, что с вождём у неё была лишь одна ночь. Но, времени уже совсем не было. Корабли не отходили вечером.
На базарной площади её, бывшая повозка, превращённая в торговую лавку, пользовалась явной популярностью. Особенно умилительными были великаны, разучившие фразы: «Здасьте» и «Спасиба». Взяв немного денег от выручки, она под видом того, что нужно обзавестись новым платьем отправилась в порт. Найдя первую попавшуюся ладью, что собиралась отбывать примерно в нужном направлении, она немедленно заплатила торговцу за путешествие с ним. Как маску, она снова использовала проверенную прошлым путешествием «паломничающую жрицу». И едва ладья была готова отходить, она поймала портового мальчишку и, вручив монету, наказала передать послание. К сожалению, ни Ветта, ни бамлак не умели читать, а на память ребёнка она не рассчитывала. И потому пообещав, что самый высокий мужик на рынке даст ему ещё две монеты попросила только передать, что она отправляется на Охийские острова. И проводив босоногого мальчонку взглядом, взошла на ладью.
Глава 21.
Достигнув моря, девушка стала искать новый корабль, на котором бы она сумела добраться до Фермийского побережья. И такой корабль нашелся, но отправлялся в путь, он лишь через два дня. Девушку не очень устраивал такой расклад. За это время, её спутники могли бы настигнуть её в этом городе, если они в тот же день отправились бы за ней в погоню. Ирда, была уверена, что сумеет скрыться от них, на улицах и плотно заставленных доках, но не хотела трепать нервы, ни себе, ни им.
Сняв на пару дней жильё, и запершись в комнате, она собиралась с мыслями, отучивая себя строить длинные планы. Хоть, теперь девушка и не являлась ученицей Ветты, но эти свободные дни она старательно отрабатывала показанные воительницей удары и стойку, используя вместо сабли, деревянный черенок, тайком украденный у хозяев постоялого двора. Боевые упражнения очень помогали ей, справиться с мыслями и тревогами.
«Расставь ноги шире. Держи колени согнутыми. Стойку держи ниже. Так ты сумеешь быстрее и дальше шагнуть.» - отдавались в голове указы наставницы – «Удар идёт не от руки, а от всего тела. Со всем весом. Твоя цель не ранить противника, а прорубить его насквозь. Да не замахивайся перед ударом! Держи меч так, чтобы это уже был замах, иначе противник будет знать, когда и куда ты ударишь». Ирда, уже начинала скучать по своим спутниками.
Сев на край кровати, она стала копаться в немногочисленных вещах, что взяла с собой: Пергамент на неизвестном ей языке – единственное, что она не прочла из завещанного ей царицей. Корона и наручи – регалии её прошлого, которые она решила не носить на людях. Наряд из тонких цепочек – как память о невероятной встрече. «Жаль, что тот наряд, в котором я встретила Бора, пришлось продать. Тоже бы пополнил мою коллекцию». Пустеющая мошна с монетами на чёрный день, и лоскут ткани, если придётся прикрыть наготу.
Отложив вещи в сторону, она отошла ко сну. А на следующий день, она пробираясь к пристани самыми запутанными и окольными путями, зашла на борт торгового корабля, что вёз на Фермийское побережье мёд и воск. Помня старую ошибку, она часто уединялась помолиться, и старалась не особо разговаривать с экипажем. Она чувствовала, что опасность рядом и вот-вот нагрянет. Она не знала, чем всё закончится. Нападением морского чудища, налётом пиратов или вызванным магией штормом, но знала, что это будет ужасно.
И потому в этот раз, она не хотела заводить знакомых, чтобы не переживать, потому как и Маб и бамлак слишком сильно запали ей в душу, и именно из-за беспокойства за них самих и их людей, она и покинула оба общества. Но в этот раз она уже была не властна. Законы мира домлели над ней, и в открытом море, она могла полагаться только на решение судьбы. Подойдя к борту, она вгляделась в море. Безграничное море, которое шло до самого горизонта и дальше, и дальше, и дальше. На море не было ориентиров, за которые можно было бы зацепиться взгляду, не было, ни тропы, ни дороги, ни межевого столба. Если бы не орошающие в воздух солёными брызгами волны, разбивающиеся о борт, то моно было бы подумать, что корабль не движется, а стоит на месте. Ирда взглянула на синее безоблачное небо, и представила её корабль маленькой птицей на небосводе. Одна, маленькая среди бесконечного неба. Наверное, именно так бы и видели птицы их одинокий корабль среди бескрайнего моря. И лишь слой древесины толщиной с ладонь отделяет людей от погибели в пучине.