Я, конечно, представлял, что хороший дизайнер способен изменить мой дом, но то, во что его превратил дизайнер лучшего в Питере брачного агентства, не лезло ни в какие ворота.
Возле каждого камня во дворе торчали цветущие веники, удобная кованая лестница превратилась в какую-то полосу препятствий со свечами и зелеными лианами, а от конструкций из шариков и дорожек из лепестков роз рябило в глазах.
Не уверен, что смог бы долго прожить в этом кошмаре, но, к счастью, перетерпеть нужно было лишь день.
— Ну, у тебя и чистилище! — затянутый в пижонскую тройку Конев аккуратно, как ядовитую змею, поправил свою бутоньерку.
Примерно таким же движением я оттянул удавку-бабочку и откашлялся.
— Это я еще бассейн отбил. Эти гады хотели туда лебедей запустить и венков накидать.
— Которые "Покойся с миром" и "От друзей"? — несмотря на костюм от Армани вместо хоккейной формы, чувство юмора у Борьки осталось прежним. Уже, пожалуй, за одно это можно было брать его свидетелем.
Я бросил взгляд в сторону своей будущей родни: следящего за всеми с видом полицейского на митинге Майиного отца и плачущей третий раз за последний час мамы.
— Точно. А еще "От семьи. С любовью".
Борька хмыкнул.
— Да, "От семьи" — они обязательные, — важно протянул он. — А некоторые счастливчики даже с сиротой умудряются получить полный комплект.
— Я б тебе ответил про "комплект", да… — вместо продолжения я махнул рукой.
— Надо было на острова лететь. Солнце, песочек, бусики с трусами — самый лучший вариант.
— Вначале так и планировалось, — вспомнилась радость Майи, когда после кольцевания с визгами, криками «Согласна!», поцелуями и сломанным журнальным столиком, подвернувшимся вместо кровати, я протянул ей билеты на Бора-Бора.
— И что помешало? — Борька уставился на меня, как на умалишенного. — Родня шапито с ряжеными затребовала?
— Да нет… С родней как раз договориться удалось заранее, — февральский разговор с Майиным отцом на балконе, если бы и хотел забыть, не получилось бы.
Я все же был прав, когда заподозрил в нем бывшего вояку. Оставшись один на один, папаша за пятнадцать минут умудрился провести мне курс молодого бойца, заседание военного трибунала и наглядно показать, что такое дедовщина.
Не будь я сытым и уставшим после матча, вероятно, забил бы на отеческое благословение, но в комнате ждала пчелка, и ее счастье стоило любой пытки.
— Тогда что? — Борька словно подхватил от моего будущего тестя вирус под названием «Выклюй Горомову мозг».
— Не что, а кто, — придурковатая улыбка сама собой разъехалась по роже.
— Ээ… — все еще ничего не понимая, свидетель хмуро зыркнул на меня, потом нашел взглядом невесту.
Майя в свадебном платье разила наповал. Я и раньше знал, что моя пчелка настоящая красавица, но сегодня… Постоянно приходилось душить в себе неандертальца, который так и вопил: "Схватить! В пещеру! Моя!"
Такую красоту не портил даже маленький, едва заметный животик и бледность от ежедневных утренних объятий с унитазом. По моему авторитетному и не терпящему никаких споров мнению он ей даже шел!
Моя пчелка была идеальной. Она как настоящий ураган внеслась в мою жизнь, выбросила из нее лишних людей, занесла новых и расстроила все планы. Скажи кто-нибудь год назад, что женюсь — не поверил бы. Но ведь так же послал бы на фиг, скажи кто лет пять назад, что вернусь на родину и встречу приемную сестренку.
В городе с пятимиллионным населением такое пересечение было фантастикой. Иголку в стоге сена найти проще. Однако, некоторые дорожки невозможно обойти.
Прошлое осталось в прошлом, но, возможно, когда-нибудь, когда моя дочка или сын попросят сказку, я расскажу почти невероятную, но правдивую историю. О заколдованном принце, который приехал из-за тридевять земель, чтобы извиниться перед одной маленькой сироткой.
Как пришел он на порог ее дома. Как, не встретив, остался стоять у ворот и глядеть на красивые замки, раскинувшиеся рядом под горой. А потом поселился в одном из них.
Мотаясь по свету, каждый раз возвращался. В суете и сражениях забыв о сиротке, жил своей жизнью. Разил драконов, лечил раны, пока выросшая в настоящую принцессу девочка сама не нашла его. Вначале чтобы сбежать. Потом чтобы остаться. А после — чтобы превратить его временное пристанище в настоящий дом.
Романтическая до зубовного скрежета сказка. И такая реальная, что не верилось самому.
