Вмиг его настроение изменилось. Александров нахмурился, подняв пакетик из-под орешков с земли.
Ты давно их знаешь? — не удержалась от очередного вопроса Стефания, решив смягчить последние неосторожные слова. Около пяти лет. И ты каждый день их кормишь? — удивление сквозило в этом вопросе. Нет, но раз в месяц стараюсь их проведывать. С их стороны для пятилетнего знакомства все равно мало понимания. Я думаю, достаточно. Я получаю удовольствие, что от моего призыва они спускаются, а они взамен получают за это месячный запас орехов.
Выйдя на вымощенную дорожку, они пошли вдоль кованого забора далее, кое-где раздавались крики птиц и животных. Парк поражал своими размерами и звуками, а также запахом. Лес. Настоящий лес. Лесную атмосферу создавал аромат того, что происходило вокруг, что поглощало.
Приятный запах? Чистый, — Николай остановился и втянул воздух в себя полной грудью.
Было видно, как он всем телом принимает в себя окружающее и в то же время пробует его. Легкий ветерок слегка растрепал его густые черные волосы.
Прекрасно, — ответил он, глядя на нее. Что именно? Ты и природа. Вы гармоничны. Чем же? Всем. Ты так естественна здесь, рядом со мной. Как и эта трава, эти камни вот здесь, — он протянул руку и дотронулся до земли. Это так необычно! — скептично ответила Стефания. — Ну, сравнения твои…Что бы ты хотела услышать? — подыграл Николай, наблюдая за ней из-под полуприкрытых век.
Девушка потерла рукой подбородок, раздумывая над сказанным. Наконец она ответила:
Не знаю…Стеф, я не льстец и не лгун. Если ты прекрасна — ты прекрасна, если ты такая, какой я тебя вижу, я тебе об этом и говорю. А заезженные комплименты оставь, они не для тебя. Ты мне тоже нравишься, — прервав Николая, ответила Стефания, пряча взгляд, но все же добавила, — очень. Прекрати! Что случилось? — ее расширенные зрачки говорили о непонимании. Если ты мне это говоришь, то смотри в глаза. Зачем? Чтобы я знал, что ты не стыдишься этих слов и своих чувств ко мне. Что ты готова признать свои чувства. Готова быть по-настоящему моей.
С трудом отведя взгляд от его четко очерченного на фоне неба профиля, она прошептала:
Как сейчас нас назвать? Моментом?
Парк притих, ожидая продолжения, но они тоже молчали.
Сейчас? — он почесал подбородок. — Захват территории с просьбой о капитуляции. Просьба? Я хочу, чтобы ты добровольно капитулировала и сложила свои штандарты, — веселясь, предложил Николай. Мне не очень нравится, как это звучит. Тебе понравится, как это будет в жизни, — лукаво продолжил он, словно соблазняя ее совершить что-то очень неприличное. Пока не очень. Привыкнешь. Но почему я должна привыкать, а не ты?
Он пожал плечами, коротко объяснив:
Потому что я мужчина. Издавна женщина способна меняться, но не мужчина. Это устаревший взгляд! Ты тоже можешь, если захочешь. Нет. Это категорично! Я знаю.
Внезапный громкий крик лесной птицы остановил их дальнейший спор. Стефания взглядом искала источник звука, Николай же по-прежнему не сводил напряженного взгляд с девушки. Не обнаружив никого вокруг, Стефания продолжила:
Тогда прошу начать с рассмотрения одного наболевшего вопроса. Какого? — он сразу же превратился в делового человека, внимательно слушающего своего собеседника. Звонок родителям. Нет. Но почему?
Он замолчал.
Это очень сложный вопрос? — съязвила Стефания, приподняв иронично брови. Ты еще не готова. Когда я буду готова? Когда?! — почти закричала Стефания.
Человек по натуре спокойный, она уже в который раз срывалась на крик в разговоре с ним. Что приводило ее в еще большее смятение. Николая, казалось, окружала странная аура превосходства над всеми. В том числе и над ней. Стефания же почти физически ощущала его близость и магнитное притяжение.
Ты сама поймешь. Ага! До этого что мне делать? Привыкать ко мне и к той жизни, что будет со мной. Жизни в золотой клетке? Можешь это и так назвать, но я бы не обольщался. Почему это? Потому что клетка подразумевает птицу и первичные потребности. И все. Но у меня на тебя планы намного изощренней. Может, я не соглашусь, — строптивая девушка топнула в сердцах ногой. Ты уже согласна, — ответил он и погладил ее по нижней губе, — ты уже согласна. Могу ли я завтра для разнообразия выйти из квартиры и пройтись по улице, ваше величество? Николай или Коля, как тебе будет удобно, — попросил он ее, не отреагировав на колкость. Как скажете.
Николай не поддавался на ее провокации, нежно ответив:
— Так и скажу.