Стефания начала вырываться, не понимая, что происходит, почему он ее бьет. Николая же ее сопротивление еще больше возбудило — шлепок, второй…
Еще раз дернешься, получишь еще по этой аппетитной попке, которая, в отличие от тебя, совсем не против моих предложений. Я не хочу, — громко и раздельно сказала Стефания, не понимая, что же происходит на самом деле.
С одной стороны, она была возбуждена до предела, с другой — ягодицы горели от его шлепков, но ей хотелось еще.
Еще шлепков?
Стеф, ты ненормальная!
Детка, не шевелись. Интересно, сколько времени мне понадобится, чтобы ты признала меня. Расслабься, отдайся мне. В мои руки. Я хочу тебе подарить такой экстаз, о котором ты не скоро забудешь.
Стефания замерла, прекратив вырываться, каждая клеточка ее тела была напряжена в ожидание того, что он обещал подарить. Грудь ее приподнималась и быстро опускалась, дыхание участилось.
Вот его рука снова у нее между ног, сначала ласковое поглаживание, потом темп ускоряется — и вот она уже напряжена, ноги раздвинуты шире, его пальцы снова в ней, потирают ее влагалище, а большой продолжает разжигать ее изнутри.
Рано, — шепчет он, — еще немного, это не должен быть обычный оргазм. Я хочу, чтобы ты это запомнила, хочу видеть твои судороги. Еще нет, не сейчас, — продолжал он дарить невероятное острое наслаждение, от которого мысли терялись и мышцы конвульсивно сжимались по всему телу. Он целовал шею, мочку уха, затем его теплые губы опустились ниже. Вот сейчас… самый раз, — прозвучал его голос где-то вдали, и он, продолжая двигать пальцами внутри нее, потянул за жемчужинку.
Взрыв!.. Миллион!.. Еще один!.. Он продолжал тянуть и тянуть… Еще один!.. Не в силах стоять на ногах, она начала оседать, но Николай подхватил ее под плоский живот, удерживая в этой позе, давая возможность сполна насладиться удовольствием.
Стефания начала приходить в себя, осознавая произошедшее. Опустив глаза, она отметила ноги Николая в джинсах. Он был одет, он их не снимал!
Пошевелив затекшими руками, Николай приподнял ее и развернул к себе лицом. Короткий поцелуй, еще один.
Сладкая моя… Моя… — проговорил он хрипло и улыбнулся.
Все еще не в силах стоять на ногах, Стефания закрыла глаза и прижалась к нему. Он тут же подхватил ее на руки. Если бы в эти минуты ее газа были открыты, то она бы увидела, что в обращенных к ней, слегка прищуренных глазах плескалась наслаждение, а довольная улыбка блуждала по лицу.
Стефания проснулась, и невольная счастливая улыбка коснулась ее красивых глаз. Она схватила подушку, прижала к груди и потерлась щекой о белую наволочку. Солнце заглядывает в высокие окна, заливая комнату послеобеденным желтым светом. Его лучи пробегают по полу и останавливаются у кровати, как будто не смея касаться лежащей на кровати девушки.
Я спала.
Как долго? Я в незнакомой комнате, одна.
Где Николай? Я голая. Снова.
Стыдно.
Привыкай!
Где найти хоть какую-то одежду?
Нехотя спуская ноги на пол, на секунду Стефания окунается в солнечное золото. Приятно! Зайдя в ванную комнату, она снова обнаружила новые вещи с этикетками, разложенные на низком столе напротив овального зеркала. Темно-синие джинсы, белая футболка, синяя вязаная кофта и белые кроссовки на тонкой подошве для пеших прогулок.
Я иду гулять?
Вообще, эта манера Николая одевать меня… Как-то это неправильно.
И откуда у него столько новой женской одежды? Размер мой…
Ну не у меня же одной размер S! И вещи не растут, как груши на деревьях. Неприятные мысли…
Нет, нет, отпускаем себя. Не портим настоящего.
Не стоит задавать вопросы, ответы на которые мне не понравятся.
А Стефания чувствовала, что ответы могут прийтись ей не по душе…
Вода — вот что нужно ей сейчас. Горячие потоки обняла ее тело, потекли наперегонки, смывая плохие мысли и дурные предчувствия.
Спускаясь вниз, Стефания уже была в приподнятом настроении. На нижней ступеньке она приостановилась, услышав голос Николая. Он с кем-то говорил по телефону. Из головы сразу улетучились мысли о наличии в доме новой женской одежды и обуви ее размера и всплыл запрет на общение с кем-либо, пока они вместе. Телефон. Вот проблема номер один!
Значит, ему можно?
Ничего, это тоже можно исправить.
Не все сразу.
В любимом человеке все любо, — вспомнились слова бабушки. Опять бабушка.
В любимом? Нет, я его не люблю. Еще нет, я…
Любишь, любишь. Иначе тебя бы здесь не было.
Так быстро?
А ты что думала, на это годы нужны? Годы нужны, чтобы продолжать любить…
— На завтра вызови его ко мне вместе с заместителем, — говорил в это время Николай, — на 11:00. А Оле скажи, что я не смогу завтра сопровождать ее, придумай что-то.
Ага, значит, есть Оля.
Оля? Что еще за Оля?
Обычная такая Оля, размер S. Почему нет?
Ревнуешь?
Я?
Нет, я. А тот, кто с ним говорит по телефону, мастер на все руки. Запомни это на будущее.
Что ж, нужно запомнить…