Степкина завтра в 8:00 ко мне, а на 8:15 Иванову с квартальным общим отчетом по всем объектам. После этого я решу, какие еще отчеты перепроверить в разрезе. По новым предприятиям этого года отдельный аудит провести к концу года, их предупреди, чтобы не всполошились. Все, на сегодня все. Завтра буду к 7:00.
Николай отключил мобильный, взгляд устремил в окно. Такой деловой и такой серьезный, чужой. Он переоделся, и теперь на нем были, как и на ней, джинсы и майка, белые кроссовки. Стильные. Он выглядел очень молодо и привлекательно.
Почувствовал присутствие Стефании, Николай поднял голову и посмотрел на нее. Таким взглядом, от которого колени Стефании подогнулись. Это был взгляд собственника, человека, который никогда и никому своего не отдаст.
Готова? — голос звучал равнодушно. Полный диссонанс. Да, — ответила Стефания, обволакивая его ласковой улыбкой.
Когда она была рядом с ним, обо всем забывала. Он опьяняюще на нее действовал. Стефания не хотела о чем-то или о ком-то его расспрашивать, его разговор по телефону вылетел у нее из головы, ее вопросы уже не имели значение. Сейчас достаточно того, что он с ней. Он рядом, его взгляд, улыбка, рука, протянутая к ней. Он принадлежит ей, а она ему.
Взяв ее за руку, Николай резко притянул к себе, отчего Стефания сильнее прижалась к нему. Руки обвили ее, прижимая к груди, рот жадно раскрылся, даря короткий терпкий поцелуй. Его запах на ее губах, шелковая нежность, как осадок. Его язык, лаская, проникал все глубже и глубже. В ответ ее тело изогнулось, руки поднялись, лаская его плечи и затылок, в то время как она отвечала на захватывающе-страстный поцелуй.
Безумие!
Развернув ее к выходу, Николай положил свою руку чуть ниже ее лопаток, направляя.
Я очень низкая.
Низкая и худая.
Стефания закомплексовала.
Николаю со мной неудобно. Он склоняется в три погибели, чтобы только меня поцеловать.
Это мои мысли…
От этих невеселых мыслей настроение Стефании ухудшилось, спина напряглась. Наверняка, почувствовав ее беспокойство, он чуть крепче прижал руку к ее спине, давая почувствовать себя.
Возле ворот стоял автомобиль, тонированные стекла были подняты. Пока они шли к воротам, появился Иван и, улыбнувшись, поприветствовал их:
Добрый день, Николай Алексеевич! Стефания! — он выглядел расслабленным и отдохнувшим и даже подмигнул ей. Доброе, Ваня, — поздоровалась Стефания, тоже улыбнувшись. — Как выходные прошли? О, хорошо. Одесса — очень гостеприимный город, несмотря на наглость водителей на дорогах, — ответил он, по-прежнему мило улыбаясь. Отдыхали? Где? — уточнила Стефания, откидывая со лба длинный рыжий локон. По поручениям Николая Алексеевича весь город вдоль и поперек объехал, — объяснил он, притворно вздохнув.
Пока они переговаривались, Николай молчал, не сводя недовольного взгляда с Ивана. Наконец это заметил и сам Иван и коротко доложил:
— Николай Алексеевич, все выполнено. Ваши вещи в багажнике, портфель на заднем сидении.
Спасибо, — холодно ответил Николай и, придержав дверцу, стоя спиной к Ивану, усадил Стефанию в автомобиль.
Дверца плавно закрылась. Со стороны она наблюдала: короткий разговор между ними, Николай поднял голову, как бы принимая решение; оба садятся в машину. В салоне тишина. Иван завел автомобиль, негромко заиграло радио. Автомобиль плавно сдвинулся с места.
Николай не сводит сосредоточенного взгляда с экрана телефона. Пишет, листает, смотрит, отправляет, получает, снова отвечает. Все молча. Между ним и Стефанией на сидении лежит прямоугольный черный портфель.
Алло, — наконец начал говорить.
В тишине салона голос Николая прозвучал, как очень громкий хлопок, учитывая, что они уже минут двадцать ехали молча. При этом Стефания не отрывала изучающего взгляд от его лица. Николай же на нее за все это время ни разу не посмотрел. Разговор быстро закончился. Он положил мобильный в карман джинсов.
Ему не понравилось то, как я говорила с Иваном.
Почему?
Что я сделала не так? Может, ему не понравилось, что я сказала?
Я просто была вежливой. Разве не так?
Не так…
Стефания, на следующие выходные я снова буду в Одессе. В субботу из дому тебя заберет Иван. В воскресенье я сам смогу отвезти тебя домой. Для родителей придумай причину, где была и с кем, — равнодушно оповестил ее Николай, избегая прямого взгляда в глаза.
Стефания он неожиданности предложенного даже наклонилась к нему ближе, чтобы ничего важного не пропустить. Николай вел себя так, как будто ничего не случилось и дальше будет так, как он пожелает. Но самым обидным было игнорирование ее на протяжении этих длинных двадцати минут.
Николай не хочет спросить меня, чего хочу я?
Бабушка (ну вот, опять бабушка!) учила не перечить мужчине при ком-то. Якобы это и меня унижает. Но боже мой, как же трудно сдержаться! Нет, невозможно.
Следующие слова Николая, сказанные небрежным тоном, вообще повергли ее в шок:
У тебя в сумке кредитная карта, открытая на твое имя в Национальном банке. На ней безлимит на определенный срок. Можешь пользоваться ею, как посчитаешь нужным.
Ага, и купил меня. Добавил денег… Подсластить пилюлю…