Николай и Стефания, не останавливаясь ни на секунду, зашли в дом. Длинный коридор, массивная деревянная лестница на второй этаж. Стены холла на втором этаже украшены звериными шкурами и разными видами оружия. Сабли, ружья, карабины, словно в музее, были развешены. В конце холла они остановились перед широкой дверью с резьбой, изображающей медведя в густом лесу. Свободной рукой открыв дверь, Николай пропустил Стефанию вперед, по-прежнему не выпуская ее руку. Они оказались в просторной комнате с одним огромным окном на противоположной стене.
Только сейчас он отпустил руку Стефании. И ей сразу стало одиноко без его теплой ладони. Слева в комнате была еще одна дверь, и Николай скрылся за ней. Через минуту послышался шум текущей воды.
Стефания!
Он ее звал.
Подойдя к двери, она увидела джакузи, быстро наполняющуюся водой. Николай стоял возле нее, немного склонившись, опустив руку в воду.
Как раз то что нужно, — сказал он, неожиданно улыбнувшись ослепительной бесшабашной улыбкой. Что нужно? — повторила его слова Стефания. Температура воды, ты согреешься и расслабишься, — объяснил он, не спеша подходя к ней. Хорошо, — ответила она, еле шевеля языком. Наверняка, это была единственная часть ее тела, которая не озябла от холода. Хорошо? — уточнил он, снова улыбаясь, приподняв левую бровь.
Стефания, ослепленная его многозначительными улыбками, молча стояла, не отрывая от него восхищенного взгляда. Слова по-прежнему почему-то не шли с языка.
Какой он красивый и притягательный! Ему очень идет эта футболка, она плотно обтягивает грудь, а в треугольном вырезе видны бронзовые рельефные мышцы. У него красивые мужские руки, наполненные жизненной энергией.
Она разглядывала его, а он ее.
Не пугай ее, Коля. Медленней! Пока она не ведет себя так, как все. Терпение!
Не выдержав поединка взглядов, Стефания инстинктивно отодвинулась от него на шаг, но это вызвало у него лишь улыбку.
Стефания, время упущено, ты сделала выбор. Уже поздно убегать, — сказал он спокойно, положив руки в карманы джинсов. Затем, как будто был полностью уверен в своей победе, бросил еще один убедительный взгляд на Стефанию и вышел.
Я понимаю, чего он хочет. Да и все сегодня это понимали! Сегодняшний вечер, где он хочет меня, а я его.
А хочу ли я этого???
Хочу, даже кончики пальцев сводит.
А что будет завтра, ты подумала?
А завтра будет завтра.
Ты никогда себя раньше так не вела.
Раньше я не встречала таких великолепных мужчин.
Великолепных! О чем ты думаешь?
О нем. Он такой… притягательный, красивый и обещающий. И влекущий, он влечет, обещает удовольствие. Чего только стоит один его пронизывающий взгляд!
Он меня не поцеловал. Но он хочет, чтобы я приняла горячую ванну. Я хочу горячую ванну.
О, какая восхитительно горячая вода!
Вода быстро согрела озябшее тело, обволакивая его теплом и даря чувство расслабления. Стефания лежала в воде, нежась и смывая с себя остатки пены. Она намылила и ополоснула волосы.
Раздался стук в дверь.
Дверь заперта? Кто ее запер?
А что если он войдет? А я голая, в ванне.
И что?
Если ты не откликнешься, я войду. Поверь. Больше всего на свете сейчас я хочу именно это сделать, — сказал с той стороны двери Николай. Я в ванне, — пропищала Стефания, стеснительность которой достигла пика именно в этот момент.
А куда делась эта искусительница, которая несколько минут назад так горела его увидеть?
Я знаю, — ответил он. В голосе слышалась насмешка, — выходи, будем ужинать. Ужинать? В час ночи? Да, — его голос прозвучал, отдаляясь.
Стефания в последний раз окунулась в горячую воду и затем ступила на пушистый белый ковер перед зеркалом. Мягкими белыми полотенцами вытерла волосы и тело. Голову обернула полотенцем.
Фен? Что надеть?
Посмотрев по сторонам, она обнаружила на гладком деревянном столе возле умывальника пакет с одеждой. В нем оказалось свободное хлопчатобумажное платье на тонких бретельках с глубоким треугольным декольте на спине и груди. Волосы она тщательно расчесала и подсушила феном, уложив их свободными волнами.
Открыв дверь ванной комнаты, она увидела Николая стоящим возле окна: правая рука в кармане, вторая заложена за спину, взгляд устремлен в окно. Услышав легкое движение, он повернулся и улыбнулся, плечи немного опустились, расслабившись.
Платье прелестно на вас. Комплимент? Да. Спасибо. Пожалуйста. Прошу к столу, — и он указал на сервированный столик в углу комнаты возле мраморного камина.
На маленьком столике были оригинально оформленные холодные закуски: тартар из говядины с дольками черного хлеба и пармезаном, салат с лососем, икра щучья с белыми тостами, ассорти лесных грибов, печеный болгарский перец с французскими чипсами. Посередине стола стояло еще одно блюдо, накрытое куполообразной серебристой крышкой.
Из высоких динамиков, расположенных по обе стороны телевизора, неожиданно полилась знакомая мелодия: французский аккордеон приглашал на прогулку по Парижу. Стефания остановилась, пораженная.
Откуда он мог знать?! Она обожает аккордеон. Но откуда…?
Еще пару секунд — и зазвучал голос Азнавура: «Как я люблю Париж весной…».
