— Красивый, умный и благородный рыцарь, от одного взгляда которого твое сердце замирает и дрожит? —не остается в долгу Роберт, подтрунивает.
Мне приходится задрать голову, чтобы заглянуть в эту лучезарную довольную физиономию. Эх, привлекательную, чего уж там.
— Так замирает или дрожит, ты уж определись! — требую я шутливо, но тут же улыбка сползает с моих губ от благоговейного шепота и пронзительности неожиданных слов:
— Откуда же я знаю, как там бьется твое хрупкое сердечко, — Роберт наклоняется ближе ко мне. — Прикоснуться к нему не позволяешь. Услышать не получается.
Он оказывается так близко… склоняет голову, еще немного и точно коснется губами моего рта. Вокруг нас много людей, каждый из них, без сомнения, в открытую наблюдает за нами.
— Так же нечестно, — с тихим полустоном я жалобно отвожу взгляд, но отвернуться Роберт мне не позволяет. — На нас все смотрят.
— Мне лично без разницы, каждый в любом случае поймёт по-своему.
Его горячее дыхание тает на моих губах, сковывающее напряжение охватывает необъяснимо яростно. Но последние миллиметры так и остаются непройденными.
— Я… Мне… Можно мне еще шампанского? — выдаю я сгоряча.
— Гелена, сегодня ты здесь почти хозяйка, тебе можно всё.
Отреагировать на шокирующее замечание мне не удается, к нам снова «пристает» кто-то…
— Роберт. Здравствуй, дорогой, — томно восклицает красивая ухоженная брюнетка с красными пухлыми губами. Не свои, железно. Кричащее яркое коралловое платье ревниво облегает все прелести хозяйки, выгодно подчеркивая прекрасную фигуру. Волосы незнакомки идеально ровные, гладкие и блестящие. Я даже не успеваю опомниться, как ей удается запечатлеть хищный поцелуй на щеке моего спутника. Хм. Могла бы и доплатить за помаду, чтобы не оставлять следов. Ледяные щупальца протестующе впиваются мне в душу, внося разлад в мое душевное равновесие, раскачивая уверенность.
И еще изящными пальчиками гостья так интимно придержала Роберта за подбородок… Имеет право, раз он даже не возразил? Мне ужасно неприятно!
— С днем рождения, — дамочка приторно растягивает бархатное поздравление, не позволяя Роберту разорвать зрительный контакт, — всем бы с таким грандиозным размахом отмечать свои тридцать девять. Праздник потрясающий, я как всегда впечатлена.
Она едва заметно играет плечиками, приковывая к себе внимание окружающих ее мужчин. Роберт прищуривается. Почти незаметно.
— Спасибо, дальше будет еще интереснее, — отзывается он подчеркнуто вежливо. — Концерт, конкурсы.
— Восхитительно. Я, честно говоря, уже начала думать, что ты сегодня не появишься на торжестве. Ай-я-яй, Роберт, снова удивляешь.
— Да, нам с Геленой пришлось немного задержаться, — он намерено обращает на меня внимание брюнетки, жестом собственника перекладывая мою ладонь себе на предплечье.
— Гелена, — повторяет женщина, прокатывая на языке мое имя. — Очень приятно. А я Мария. Руководитель подразделения маркетинга и рекламы, занимаюсь всем, что связано с продвижением продукции КамМедикал. Ну и еще давняя приятельница виновника сегодняшнего торжества.
Дух соперничества с этой барышней заставляет ответить на ее колкий выпад. Приятельница, значит… Представляю даже, насколько близкая.
— Рада знакомству, Мария, уверена, что в продвижении товаров вы знаете толк, — окидываю внимательным взглядом эффектное платье собеседницы. — Роберт настоящий профессионал и подобрал лучших сотрудников для своей компании.
Девушка явно не в восторге, что ее саму прировняли к разряду обыкновенной продукции, нуждающейся в грамотном продвижении, да еще и наглым образом вычеркнули из круга друзей и близких знакомых именинника, в который она однозначно входит: далеко не всем разрешается вольготно обращаться к Роберту по имени.
— Твоя любовница? — ухмыляясь и безотчетно кривя губы, смело уточняю я, когда Мария нас пусть и нехотя, но покидает, а мы спускаемся на улицу. Проскочить удалось незамеченными.
— Уже некоторое время бывшая, — довольно решительно поправляет меня Роберт, не таясь.
— Но след от помады она на твоей щеке вполне себе благополучно оставила в настоящем.
— А, черт! — Роберт рьяно трет кожу на лице, стараясь избавиться от яркого следа.
— Не упорствуй. Могу накраситься такой же помадой, все будут думать, что это я тебя поцеловала, — сама сияю от своего шаловливого предложения.
— А можно эту въедливую хрень все-таки вытереть, а ты меня нормально поцелуешь?!
Полный несдержанного негодования мужской взгляд заставляет меня прыснуть в кулак.
— Мы так не договаривались! — отсмеиваюсь я.
— Не смешно! — возмущается Роберт.
— А я вполне серьезно, — глотаю улыбку.
— Лучше помоги избавиться, — он крутит пальцем возле щеки: — от этого.
— Жаль. Тебе очень идет.
— Гелена! — Роберт пытается оставаться строгим, но сам уже смеется.
— Эх, ладно. Уговорил. Иди сюда.
Достаю влажную салфетку и осторожно удаляю остатки пигмента. Хорошая какая помада. Въедливая. Должно быть, такая же, как и ее обладательница.
— Кстати, а почему вы с Марией расстались? — невзначай уточняю я.
