Если бы он только сразу подумал про Акио… Вообще, если говорить о его собственных эмоциях, Юки был рад. Изначально он ни в какую не хотел принимать эту авантюру. Как только узнал, что Широми заразился, задался целью срочно поймать кого-нибудь из беженцев. Пускай он сам не был сторонником лечения по пересаживанию иммунитета, другого выхода не было. Кейджи был слишком дорог ему, как давний друг, но брюнет наотрез отказывался спасать себя таким образом.
— Если ты мне друг, должен понимать, насколько сейчас для меня важно не терять голову. Я уже всё обдумал, я стремился к этому всю жизнь. Если я отступлюсь сейчас, во время испытания, не смогу себе этого простить, — сказал Широми тогда.
И Юки смирился. Пошёл на ещё большую жертву — согласился страдать сам. Ведь когда умирает человек, тяжело не ему, а тем, кому он был дорог. Как друг, он действительно мог понять его мотивации, ведь сам разделял их.
На следующий день Рин так и не вернулся, но Юки не сразу об этом рассказал — не хотел лишний раз волновать Широми. Однако так вышло, что Кейджи сам мельком упомянул исчезновение Рина. Тогда рыжий стал допытываться, откуда он об этом узнал, но тот особо и не отмазывался. Напротив, стал рассказывать какие-то странности о том, что Рин на самом деле из беженцев и что он даже не парень. Юки продолжал считать, что Кей бредит, пока тот не рассказал полную историю. Наверное, это был просто крик души и желание поделиться чем-то сокровенным перед смертью.
— Нельзя точно говорить о том, что она не вернётся в ближайшие дни. Если это произойдёт, она не должна узнать о моём состоянии, — учитывая такую вероятность развития событий, пояснил Широми.
— Почему? Разве не хочешь ещё раз проститься? А вдруг она сама захочет отдать тебе иммунитет? — осенила рыжего, по его мнению, отличная мысль.
— Именно. Захочет. И ведь не переубедишь, упорная же. Этого не должно случиться. Поэтому я тебя попрошу исполнить эту просьбу. Мне больше не на кого положиться, — убеждённо ответил Кейджи.
Упорная и слишком добрая — убийственная комбинация. Он был бы рад, если бы Сора была менее великодушной. Она из разряда тех людей, которые отдают всё другим, даже если сами ничего не имеют. И жизнь будет готова отдать, ведь уже столько раз твердила про какую-то благодарность. Широми недоумевал. За что его надо было благодарить? Он делал то, что требовалось для удачного выполнения задания, равно как и всегда. Встреча же с отцом… На его взгляд, такие вещи делались бескорыстно и не требовали ничего взамен.
Вскоре двое оказались в медицинском корпусе, где Рин уже успел поработать и полежать с простудой. Для вирусников были отдельные камеры. Стеклянные и герметичные. Издалека завидев Кея, Кимура кинулась к нему, прижавшись к стеклу и пытаясь всё подробней рассмотреть. Сейчас он был недвижим, хотя некоторые части тела осторожно подрагивали, свидетельствуя о том, что человек приходит в сознание. Плотно сжав губы, Рин огляделся в поисках входа и обнаружил автоматическую дверь. Нажав на кнопку рядом, Судзуки не раздумывая скользнул внутрь, не обращая внимания на крики врачей об опасности вируса. Подойдя к брюнету, девушка осторожно склонилась над ним, заглядывая в искаженное болью лицо. Бегло осмотрев его, Сора нашла, что искала. На плече прибывала рваная полосообразная рана, побагровевшая по краям. Заражение было в самом разгаре, что свидетельствовало об относительной давности пореза.
— Шиповник, значит… — задумчиво протянула беженка, прикидывая силу её иммунитета и силу болезни Широми. Расчёты свелись к тому, что ей придётся отдать весь свой иммунитет, что равносильно смерти для неё. Про себя она успела отметить, что судьба Кея отмечена этими мутантами, а её — кобо-псами.
— И как ты умудрился? — Кимура грустно улыбнулась, едва сдерживая слезы, накатывающие на глаза.
Она понимала, что Кейджи приходит в себя, и пускай нагружать разговором Сора его не хотела, узнать ей нужно было многое. О своём решении она ему говорить не собиралась — незачем волновать больного. Он ведь тоже понимает, чем это кончится.
— Оставила тебя на минутку, а ты уже подыхать собрался, — все так же стараясь улыбаться, говорила Сора.
Сознание возвращалось, что с каждым разом давалось всё тяжелее. Сквозь мягкий шум в ушах пробился голос, заставивший с трудом поднять веки. Перед глазами возникла тщетно пытающаяся улыбаться Сора.
— Зачем ты здесь? — спросил Кейджи через несколько секунд, понимая, что удача явно не на его стороне.
Нехорошо. Где Юки? Повертев головой, Широми так и не обнаружил рыжего и скрипнул зубами.
Совсем нехорошо. Прежде всего, брюнет схватил девушку за руку, чтобы не убежала. Раз уж пришла, теперь не уйдёт. Только вот вся бывалая сила куда-то подевалась, да и что об этом говорить, если Кей и кружку держать не мог.
— Юки здесь нет, — предугадав его вопрос, тихо произнесла девушка, не пытаясь вырваться из руки Кейджи, а даже наоборот — сжимая её.
— Я знаю, что ты задумала. Не смей. Ты не имеешь права решать за меня. Не вмешивайся в мои убеждения, — рубанул с плеча спецназовец.
