– Но он дотрагивался до твоей раны? – уточнил Максимилиан, и я, нахмурившись, кивнула. – Прекрасно, Купава! Ты сошла с ума, раз позволила ему прикоснуться к тебе, а он – настоящий… – Король осёкся, поняв, что не имеет права оскорблять преподавателей академии, поэтому просто отвернулся. Желваки заходили на его лице. – Когда он дотронулся, частицы его слюны или пота могли попасть в тебя, и в тебе запустился процесс образования связи. Пока односторонней.
Я похолодела, представив весь масштаб возникшей проблемы.
– Но зачем профессор Эверус дотронулся до меня, если знал о последствиях?
– Видишь ли, во-первых, с людьми это большая редкость, раз, а во-вторых, найти свою истинную пару – счастье, поэтому, если такое случается спонтанно, оборотни принимают свою судьбу и играют свадьбу. У тебя уже возникло желание сообщить своему отцу о грядущем браке с оборотнем?
Я вздрогнула. Отец меня убьёт. Всё-таки оборотни вполне могли размножаться с людьми, но предпочитали этого не делать. Они жили на территории Малоземья и были обособленным народом, так же как эльфы. Редко покидали свои территории.
Максимилиан смотрел зло. Айлок, закончив с осмотром, положил лист с рекомендациями на стол и, поклонившись, вышел из комнаты. Мы с его величеством остались одни, и спальня сразу же показалась мне маленькой. А одеяло, под которым я была в своей же одежде, ничтожной защитой перед гневом короля.
Разумеется, я понимала, отчего он злится. Он ведь собирался взять меня в жёны, почти заключил контракт, а тут невесту уводят из-под носа. Однако вся проблема в том, что я и сама не желала становиться женой оборотня, тем более магистра Эверуса, которого я видела лишь раз в жизни и не испытала к нему прилива каких-то тёплых чувств. Вообще каких-то чувств. Даже его величество вызывал во мне больше эмоций, преимущественно отрицательных, но всё же!
– И что теперь делать? – со вздохом спросила я, и Макс горестно вздохнул, опустившись в кресло у стены.
И вновь отвернулся. Я чувствовала себя нашкодившим ребёнком, однако это не избавило меня от любования королём. Точёным профилем, венами на предплечьях и яркими волосами, сейчас растрёпанными, отчего образ Максимилиана казался чуточку домашним и уютным.
– Пока ничего не стоит предпринимать, – наконец произнёс Максимилиан и посмотрел на меня. Он то на эмоциях обращался ко мне на ты, то вновь перескакивал на официальный тон. – И ни слова не говорите магистру Эверусу, вполне возможно, он не заметит и связь пропадёт без ответного интереса с его стороны. А если он узнает, может повести в храм по древним заветам своего народа.
Представив себя и магистра Эверуса перед алтарём, я вздрогнула и решила, что буду молчать, чего бы мне это ни стоило.
– Я буду молчать, – уверила я монарха. – Но сколько нужно времени на то, чтобы связь ослабла и пропала?
– Несколько недель, – пожал плечами Максимилиан. – Я посмотрю, что с этим можно сделать, наведаюсь в хранилище знаний в Малоземье и выясню, как связь можно оборвать в одностороннем порядке – может, и не придётся ждать. Однако, если на вашем запястье расцветёт татуировка его рода и Дейн её заметит… боюсь, будет уже поздно. Поэтому держитесь от него подальше, ваше высочество.
– А профессор Эверус точно ничего не почувствует?
– Вы утверждали, что крови у него не было? – Я повторно кивнула. – Тогда ничего. До появления метки даже оборотень не может точно сказать об образовании связи.
Что-то такое я читала в книгах, но мельком – я не особо вдавалась в культуру и быт других народов.
– Спасибо, что помогли, ваше величество. Опять, – немного покраснела я.
– Благодарность принимается, хотя я ужасно зол.
– Из-за того, что добычу едва не увели из-под носа? – уточнила я и изумилась, когда Максимилиан с какой-то нечеловеческой скоростью оказался рядом с моей кроватью, опёрся коленом на матрас и наклонился ко мне.
Сердце забилось быстро-быстро. Я вжалась в подушку и с ужасом посмотрела на приближение его величества. Но он застыл в десятке сантиметров и лишь строго произнёс:
– Держись от профессора Эверуса подальше, Купава. И от странных продавцов золотых чешуек – тоже.
– Вы и об этом знаете?
– Моего человека, приставленного к тебе, попытались отвлечь, но тщетно. Пока ты была в безопасности, он не подавал вида, но если бы с твоей головы упал хоть волос… Им бы сильно не поздоровилось. Не хочешь же ты подвергать в целом безобидных контрабандистов такому риску?
И сказано было настолько будничным тоном, что я не усомнилась, лишь понятливо кивнула. Его величество отстранился, но остался сидеть на краю кровати и смотреть на меня. Под его взором становилось неуютно, щёки отчего-то краснели, я начала ворочаться, когда вспомнила о своём подручном.
– А где Крепыш? То есть мой фейри…
– В общежитии, сообщил твоей камеристке, чтобы она не думала поднимать всю академию на уши из-за твоей пропажи, и в частности докладывать его величеству Хогарду.
– Спасибо, – искренне поблагодарила я.
