Забирает мою ладонь и ведёт к серому двухэтажному дому. Не такому громадному, как я рассчитывала увидеть, но даже снаружи красивому и уютному. Дорожки чисто выметены от недавно выпавшего снега, а два растущих справа от террасы дерева украшены иллюминацией. Красиво.
С заднего двора дома доносится собачий лай, и я инстинктивно сжимаю пальцы Литовского. Надеюсь, в доме у них собак нет.
Мы поднимаемся по широким ступеням и вместе через декорированный витражными стеклами тамбур заходим внутрь.
В прихожую тут же выходит Ян, в белой футболке и серых спортивных брюках. Становится ясно, что сегодняшняя встреча вовсе не светский прием.
Фух, слава богу!
Сдержанно поздоровавшись за руку с Адамом, кивает мне.
- Здравствуйте, - проговариваю сипло.
Тепло и пахнет готовой едой. На первый взгляд, всё как у обычных людей.
Мой муж снимает пальто и помогает раздеться. Я смущена, хоть и стараюсь не подать виду, а вот его младший брат и не пытается скрыть удивления. Выгнув бровь, почесывает подбородок.
Интересно, он в курсе моего провального побега?... Вместе ржали над нашей с Леней перепиской?
Накрутить себя я не успеваю - спустившись со второго этажа, в холле появляется невысокая блондинка. Остановившись на пороге прихожей, она широко улыбается.
- Привет. Я Лена.
Ошеломленно застываю - настолько контрастирует образ, который я нарисовала в своей голове с тем, что я вижу сейчас. Мне рассказывали о ней страшные вещи, но она не похожа на ту, которая пережила их.
- Привет, - отвечаю тихо.
- Ярослава, - договаривает за меня старший Литовский, легонько подталкивая в спину.
- Очень приятно.
Мы проходим вглубь дома, братья тут же скрываются в кабинете с намерением что-то обсудить, а мы с женой Яна остаемся вдвоем.
- Наконец-то я заставила Адама познакомить нас!
- Ты?...
Испытывая новое потрясение, опускаю глаза. Её положение в их семье позволяет ей что-то требовать?! Что из того, что я знаю о ней, правда?
Становится нестерпимо стыдно.
- Ну, да.... Мы же с тобой в какой-то степени родственницы.
- И правда, - подтверждаю с улыбкой, внезапно радуясь тому, что она оказалась именно такой.
Весь вечер меня не отпускает ощущение дичайшего диссонанса. Странно, находясь в логове злейших врагов моей семьи, чувствовать себя такой защищённой. Я не хочу быть предателем, но не поддаться очарованию и буквально не влюбиться в семью Литовских-младших не могу.
Ни разу в жизни мне не доводилось видеть столь трепетных отношений между мужем и женой. Всякий раз, как я перехватываю обращенный на Лену взгляд Яна, в моем носу начинает пощипывать.
Раньше я думала, такие чувства есть только в книжках про любовь.
- Адам говорил, что у вас недавно свадьба была? - спрашиваю, не сумев сдержаться.
После ужина мужчины выходят покурить, в гостиной только мы и Дарья, которой я пока не могу отвести конкретную роль в этом доме. Она разговаривает с Леной как старшая сестра или подруга.
- Да, - розовеет жена Яна, - Жаль, что тебя не было.
- Я не знала.
- Прости, - выдавливает она, покраснев ещё больше.
- Да, ты что!... Тогда я сама бы, наверное, не пошла.
Конечно, она в курсе обстоятельств заключения нашего с Литовским брака, потому что, понимающе кивнув, соскакивает с места, чтобы помочь Даше убрать со стола.
- Сиди, - буркает та хмуро, - Снова голова закружится.
- Не закружится.
Устроив руки на коленях, я незаметно разглядываю Лену и прихожу к выводу, что она одна из самых красивых женщин, что я когда-либо видела. Её беременности пока не видно, но уверена, и с животом она будет прекрасна.
- У вас будет ребенок?... Скоро?
- Летом, - отвечает с улыбкой.
- Поздравляю.
- Спасибо.
Она не спрашивает, планируем ли детей мы с Адамом, а мне неожиданно становится немного завидно.
Если когда-нибудь наш с Литовским брак будет расторгнут, я хочу, чтобы второй, настоящий, был таким же, как у них. Чтобы мой муж признавался в любви взглядом и касаниями.
Наблюдая за ними, я думаю о том, откуда пошли те ужасные слухи. Кто и с какой целью их пустил? Но спросить об этом в лоб я, конечно, не осмелюсь никогда в жизни.
Она тоже осторожничает, интересуется, чем я занималась до брака и где училась, но ни слова о моей семье и затянувшейся на десятилетия междоусобице. Слишком много условностей в нашем с ней неожиданном родстве.
Мы остаемся ещё ненадолго, а потом тем же составом из трех внедорожников выдвигаемся в сторону дома.
Устроив затылок на мягкий подголовник, устало прикрываю глаза. Я отвыкла от впечатлений и все ещё чувствую себя ошеломленной.
- Почему молчишь? - негромко спрашивает Адам.
- У них хорошая семья.
- Хорошая.
- Видно, что любят друг друга.
- Ты удивлена? - вынув из кармана звонящий телефон и, скинув вызов, убирает его обратно.
- Честно? Да, - признаюсь, немного помешкав, - Мне рассказывали о них совсем другое.
- Какое другое?
Слышу по тону, что он прекрасно понимает, о чем я. Это раззадоривает ещё сильнее. Повернувшись к нему всем корпусом, всматриваюсь в глаза. Литовский, серьёзно глядя в ответ, ждет моих вопросов.
Глубоко вздохнув, я быстро облизываю губы.
