– Мммм, – неопределенно отозвалась она и зачем-то сделала еще шаг вперед.
– А почему вы здесь? Уже довольно поздно. Я думал все давно спят. Завтра рано выезжать.
– Не спится. Знаете, в голову лезут всякие мысли. И вы отчасти в этом тоже виноваты.
Девушка медленно подошла к нему ближе.
– Я виноват в ваших мыслях? – Клаудиус был искренне удивлен, – что вы имеете в виду?
– Вы так отчетливо рассказали мне, что меня ждет в результате этого замужества, что я часто задумываюсь об этом.
– Я совсем не хотел, чтобы так вышло. – волк вздохнул, – простите меня. Уверен, все будет хорошо, и вы полюбите своего мужа…он неплохой человек.
– Вы говорите так чтобы успокоить меня или правда так считаете? – она села на край скамейки. Возвращаться не хотелось, потому что она понимала, что все равно не уснет, а с ним. С ним было очень странно, она не могла объяснить себе, но было спокойно и при этом. волнительно. Но Ауреллия говорила себе, что это лишь потому, что он представитель незнакомой расы.
– Я думаю, что все будет хорошо. Вы ведь нужны Троисии и на вашем месте, я бы показал, как ваше настроение влияет на ваш дар. Что вас лучше не расстраивать, – он чуть улыбнулся, – тогда все будет так, как вы пожелаете.
Она повернулась к нему и неожиданно улыбнулась, – думаете их можно напугать ливнем?
– Я думаю, вы в состоянии управлять не только ливнем, – Клаудиус вспомнил, что она сделала с речным потоком, – я бы на их месте постарался бы вас не расстраивать.
Улыбка погасла, и она кивнула, – может быть. Скажи, а сколько тебе лет?
– 25, – отозвался Клаудиус слегка удивленный ее вопросом, – а что?
– Отец рассказывал, что представителей вашей расы присылают еще детьми, в после достижения 25-ти лет они отправляются домой. Это правда?
– Вы об этом, – Клаудиус кивнул, – да, меня должны отпустить после всех празднеств, сопутствующих свадьбе.
– Понятно, – она вздохнула, – жаль.
– Жаль? – волк с нескрываемым интересом смотрел на нее, – вместо меня пришлют щенка, в детстве наш народ очень милый, так что, вам наоборот повезет. Сможете его воспитать. Только не обижайте. – тихо попросил он.
Она поняла, что сказала лишнее и что он этого, к счастью, не понял. Поэтому просто кивнула, – хорошо, я не буду обижать его и постараюсь сделать так, чтобы этого не делали другие.
– Вряд ли вам это удастся, – тихо сказал Клаудиус, – всегда есть те, кто делают то, что хотят, – он вздохнул и осторожно коснулся рукой ее руки, – просто станьте ему другом.
Она вздрогнула от его прикосновения, потому что это была не просто вольность. Это было почти преступление, но. На удивление его рука оказалась теплой и приятной. Девушка почувствовала, как по телу медленно разбегаются странные лучики. Это было страшно и приятно. Но так или иначе, руку она не убрала.
Клаудиус понял, что позволил себе лишнее и поспешно убрал руку, – я прошу прощения, – тихо проговорил он и посмотрел на небо, – скоро начнет светать. Я бы рекомендовал вам хотя бы немного поспать.
Она кивнула и медленно встала, – наверное, вы правы. Простите, что разбудила вас.
– Ничего страшного, я рад, что это оказались вы, а не кто-то другой.
Она повернулась к нему и улыбнулась, – вы от кого-то здесь спрятались.
– Я не понимаю, о чем вы, – с улыбкой заявил Клаудиус и улегся на лавочку, -спокойной ночи, ваше высочество.
– Спокойной ночи, – она улыбнулась и пошла к замку. Было странно встретить его здесь и еще удивительнее, что они смогли поговорить и не поссориться. И ей даже понравилось, вот только это прикосновение. Оно напугало. Он сделал это так просто, словно имел на это право. И она позволила ему это. Хотя если рассуждать здраво, то не так давно она первая дотронулась до него и в отличии от него, она причинила боль. Но откуда она могла знать про его уши?
Ауреллия встряхнула головой и ускорила шаг. В одном он был прав, выезжать надо будет утром, а времени поспать осталось мало.
Клаудиус проснулся утром от того, что солнце начало светить в глаза. Он вытер вытекшую во время крепкого сна слюну со своей морды, сел на скамейке и потянулся так, что суставы затрещали. Потом встал и направился в сторону замка, нужно было отдать распоряжения слугам, чтобы готовили и седлали лошадей, а так же начинали уже грузить вещи.и раз он проснулся первым, то почему бы ему не раздать все эти указания.
Замок просыпался и все понимали, что сегодня особенный день. Мало кто хотел, чтобы юная принцесса уехала, но при этом все понимали, что это необходимо для создания крепкого союза с Троиссией.
Ауреллии так и не удалось уснуть и когда во дворе раздались звуки погрузки, она выглянула в окно и увидела, как в одну из карет грузят ее сундук. Теперь обратной дороги не было.
Служанки осторожно вошли в комнату, чтобы помочь ей одеться, и девушка покорно позволила им это сделать. Но так хотелось убежать отсюда, схватить Пушинку и скрыться в лесу. В этот момент со двора раздалось знакомое ржание и девушка, бросившись к окну увидела, как ее любимицу тащат к карете.
