– Михаил это по-вашему, для тех кто в школе то же Михаил. А по свидетельству о рождении Мансур.
– А отчество? – уточнила еще раз инспектор.
– Борзович.
– Гы-гы – хохотнул Элджи.
– Так это… отец у тебя в министерстве, да? – понизила голос инспектор, но все равно ее все слышали.
– Угу. Только он сейчас в Москве.
– В смысле?! – от чего-то сильно удивилась та.
– В Академии МВД, на учебе.
– Поня-я-ятно… – протянула инспектор. – Давно?
– Ну несколько дней как уехал, буквально вот только что. Кто-то отказался, его пихнули, все как-то быстро случилось. – пояснил Михаил подробности.
– Ясно. – задумалась она – Слушай, а может ты рядом стоял?
– Нет я с ними был, – покачал головой Михаил.
– Да я уверена никто против не будет, ты рядом стоял.
– Да пол школы видело, как я выбрасывал в окно вместе с Элджи, Кислого.
– Элджи это…? – осмотрела она участников событий.
– Это я.
– А Кислый? – гопник помельче поднял руку словно на уроке – Ага, ясно. – кивнула она.
– Ну так мало ли кто что там видел, это не существенно. Важно, что записано будет в протоколах. – словно ребенку, впрочем, так и было разжевывала она.
– Нет, эти вымогали у нас деньги, мы дали им отпор. – стоял на своем Михаил.
– В школе ежедневно вымогают деньги, директору жаловаться бесполезно он не реагирует. – вставил Пудов, поняв, что «наша» все-таки «возьмет».
– Что?! – захлебнулся возмущением директор.
– Мы будем писать заявления о вымогательстве у нас денег, – заявил Пудов, – а также отдельно упомянем о попустительстве администрации школы.
– Ну что же хорошо. Будем заводить дело. Вымогатели может сказать, чего хотите?
– Да мы просто сигареты спросили! – дрогнули гопы.
– Да ничего такого не было. Этот драться начал, а этих вообще не было, они потом откуда-то взялись! – прорвало плотину у «отрицалово».
– Ой, что же это делается! – с грохотом и криками ворвалась в зал какая-то тетка. Сыночка мой! – рванула она к Кислому. – Что же это делается?! Куда смотрит милиция! Как такое можно?! Из окна выбросить? Почему ты не в больнице?! Почему хулиганы не в наручниках?!
– Мам, я в порядке первый этаж же, – испуганно озирался на всех Кислый.
– Мама, это хорошо, мама – это кстати, – улыбнулась инспектор. – На вас вот заявления хотят писать о вымогательстве, – почти полностью игнорируя весь шум и визг, производимый теткой взяла она беседу под контроль.
– Как это? Что это значит? – растерялась та.
– Что сын ваш состоит в организованной молодежной группировке, вымогает деньги у младшеклассников и однокласников, сегодня вот получил отпор. И будут у нас заявления о вымогательстве, поднимем тех, у кого он что-то отнимал. Думаю, пару десятков заявлений я соберу и приложу к тому все усилия. – припечатала их инспекторша.
– Я те покажу группировку, – отвесила мадам «Кислая» своему «Кислому» отпрыску хорошую затрещину.
– Так что всем достанется и директору, хотя может крайнего найдете, но то ваши дела мин. образования и ГУНО, вас на учет, до колонии пока не доросли, да с вами пока неясно – кивнула она на «трех мушкетеров».
– Да что же это такое! – всплеснул руками взволнованный и всеми уже запуганный директор, ставший свидетелем как все в момент перевернулось с ног на голову.
– В общем так, предлагаю вам всем примириться, так сказать. – внесла свое предложение инспектор, выждала секунд двадцать мертвой тишины, каждый видно переваривал. – Напишем, что мальчишки прыгали в окно на спор, идиоты потому что.
Какое-то время спустя, после всякой пустой болтовни, всех наконец отпустили. Прочие родители не явились. Инспектор тормознула Михаила и отдала ему бумагу с телефоном.
– Скажешь отцу что бы позвонил по этому номеру, когда сам с ним будешь разговаривать понял?
– Жаловаться будете? – вздохнул Михаил. – Поймите мне сейчас совершенно не к чему нервы трепать родителям, сами же видели я не при делах был. Может не надо?
– Ты передай давай, нормально все будет не переживай.
Пудов наблюдал как инспектор что-то говорила Артаньянову приватно, подхватив того под руку и утащив в сторону. Тот попробовал вырваться, но ничего не вышло. Вот что связи делают подумал он. Все же он все правильно решил, надо двигать в ментовку.
Озадаченный Михаил, наконец выпущенный из стальных объятий вышел в коридор. Инспектор пошла к директору что-то обсудить приватно.
– Ну что пойдем что ли на урок? – предложил Михаил, несколько растеряно.
– Да нафиг надо! – фыркнул Элджи.
– Погоди надо этих уродов перехватить, – ошарашил всех Пудов.
– Да ты чего?! Зачем?! – удивился даже Элджи.
– Как зачем, что бы завтра они своим старшим не жаловались. – разъяснил Серый.
– По понятиям так-то… – задумался Миха.
– Да на срать. О, а вот и они. Эй красавцы! А ну быстро сюда подбежали! – свистнул Серега двум побитым гопам, – Что глухие?! Снова в окно выкинуть вас?
– Ты че, мля?! – подскочил к ним Элджи и ударил одного из них в грудь.
Ответа не последовало. Быстро в туалет зашли чмошники! Толчками и пендалями, запуганные идиоты переместились в туалет.
– В общем так завтра с вас по десятке поняли? – ошарашил всех вновь Пудов.
– Чего?!
