Не головой, а сердцем полностью

— Ну, там много чего! Мята, валериана, ромашка, зверобой, крапива, стебли роз из внутреннего леса, в котором мы сегодня…

— Из оранжереи? — уточнила Текна.

— Откуда?!

— Да-да, точно! Из оранжереи… еще листья дуба, хвоя ели и, кстати, твой, Стелла, фикус тоже! — радостно сообщила Флора, опустилась на диванчик рядом с Блум, убрала в сторону невидный остальным хвост и, отставив мизинец, отпила густой чай. Зажмурилась от удовольствия. — Помнишь, он утром случайно упал, а ты так расстроилась, что я подумала… ну… это немного тебя порадует?

Флора проникновенно и грустно, ласково-ласково посмотрела в глаза Стелле, так что закипавшее в фее возмущение тут же сошло на нет. Осталось лишь удивление.

— Что… порадует?

— Ну… — Флора потупила взгляд, одним махом допила чай из чашечки, налила себе еще, не поднимая глаз. — Ты была грустной весь день. И я подумала, что тебя порадует тот факт, что тебя насытит не незнакомая тебе трава, а некогда любимая тобой! Трава, которую ты знала лично, которую поливала… Знаете, на моей родине очень ценят эмоциональную связь между тобой и едой! Ведь даже Жри… то есть, мама мне говорила, что это — одна из форм магии и способ сохранения гармонии в хаосе мира, так что… А вам не нравится, да?

Она подняла голову, посмотрела по сторонам: чашка каждой из фей была совсем полна, кроме, конечно, разбившейся чашки Стеллы.

— Д-даруйте мне прощение, прошу вас! Я думала, такое… это хорошо, но в следующий раз я…

— Флора, тебе не нужно извиняться из-за таких пустяков! — воскликнула Блум и крепко прижала ее к себе. — Мы же подруги.

— Блум права. И подруги не благодаря, так вопреки любому твоему чаю. — и Муза присоединилась к объятиям. — Но ты не обидишься, если пойду сделаю более традиционный?

Флора-Фрейя улыбнулась, потрясла головой: она не была против.

«Кажется, быть феей не так уж и сложно, да?..»

***

С тех пор прошло уже около недели. А ей снился сон. В очередной раз — все тот же.

Все тот же холодный каменный зал с колоннами и пучками сухой травы на стенах, с урнами золы у стен, все та же высокая фигуры Жрицы в белой одежде, с небесно-голубыми глазами и белыми же ушками и хвостом. Но пока она не сурова и строга — она нежна и ласкова с ней. Они сидели рядом, у каменного ритуального стола. Справа от них — фонарь с танцующим внутри него синим огнем. В руках Жрицы — нож, она резала им сухие травы. Отделяла корни, листья, цветки, оставляя стебли… И Фрейя неловко повторяла за ней.

— Сестра, зачем нам эта трава? Мы будем ее есть? Но я так не люблю траву! Может, мне сходить поймать хотя бы белку?

— Нет, мы не будем есть.

— А зачем тогда?

— Работай со вниманием и усердием, сестра. — Жрица улыбнулась, указала взглядом на пучок перед Фрейей: листья были отрезаны лишь отчасти. Неаккуратно. — Земля дает нам не только пищу.

— А что же кроме?

— Мать-земля дает нам магию. Нам и всем остальным: травам, полевкам, птицам… и белкам. Но лишь мы, рода Кошек, способны использовать ее. В Золотой век магии было вдоволь, ее можно было брать из воздуха, ей можно было дышать. Но сейчас… мы вынуждены собирать ее крупицы из трав, шерсти и костей.

— Костей?.. Звучит страшненько. — нож замер в руке Фрейи, черные ушки прижались к голове.

— Незачем боятся. — Жрица провела рукой по ее волосам, остановила на секунду пальцы на кончиках ушек Фрейи. — Это лишь метод. Кости мы предаем огню, собираем пепел… и замыкаем цикл.

— Цикл… — эхом повторила Фрейя.

— Верно. Но когда-нибудь ты вернешь славу нашему народу, когда-нибудь ты возродишь Империю, так?