Теперь новоиспеченные супруги проживали в своем поместье и по некоторым намекам я поняла, что вскоре ждут прибавления в семье. Я никак не могла перестать им завидовать, а узнав о скором рождении малыша, вообще провела пару ночей без сна. Ведь мне-то подобное счастье не грозило. А все по вине Ариды!
Кстати, ее так и не смогли найти. Когда королевские стражники отправились ее арестовывать, негодяйки и след простыл. Она удрала из замка, забрав с собой всю имеющуюся наличность, драгоценности и ценные бумаги. К счастью, фамильные драгоценности матери граф успел спрятать в потайной сейф, о котором Арида не знала. Кроме того, забрала она с собой по всей видимости и Голоку, потому что вредную камеристку тоже не нашли.
Понятия не имею, куда они отправились, не знал этого и граф. Со временем о них стали потихоньку забывать.
Герцог Льерский был арестован и осужден. Сейчас он сидел в тюрьме, расположенной на одном из отделенных островов, принадлежавших Пандиону. Конечно же, король расторг нашу с ним помолвку и разрешил мне вновь беспрепятственно видеться с графом Сангианом. Все имущество герцога Льерского было передано в королевскую казну. Кроме того, некоторую часть этого имущества король пустил на выплаты семьям пострадавших от рук пиратов моряков. Элла Дарион была приговорена к казни, но успела выпить яд, спрятанный в перстне, перед повешением.
Дни понеслись один за другим, дел было просто куча, и я с утра до вечера занималась ими. Бизнес развивался, пер в гору, и теперь я уже могла быть уверена, что обеспечу после своей смерти мать все необходимым. На всякий случай я заблаговременно переписала на нее дом, чтобы в случае кроха производства его не отняли за мои долги.
Мысли о смерти не покидали меня, хоть здоровье и было довольно ровным. Однако время от времени все-таки принимать зеленые пилюли приходилось, и их количество в темном пузырьке неумолимо таяло. Недалек снова был тот час, когда придется обратиться к графу с просьбой вновь посетить Трисмегиста в далекой стране и отдать тому за драгоценное лекарство все предназначенные для закупки товара деньги.
В общем, когда после череды мелких стрессов на фабрике, когда на целую неделю встало производство из-за разгильдяйства работниц, умудрившихся перепутать едкую щелочь с драгоценной отдушкой, зеленые таблетки подошли к концу, я отправилась в замок Сангиан.
Я знала, что граф дома, поскольку «Смельчак» неделю назад вернулся из очередного плавания. Сам капитан ко мне не заходил, чему я была только рада. Мне невыносимо было видеть его, слишком уж мучительно. И даже уверения Эммы о том, что граф не сможет жить без меня, ничего не меняли. Слова словами, но поступки важнее. А поступил он, что ни говори, как последняя сволочь. Ну кто тянул его за язык брать в жены Ариду? Никто.
Тем не менее мне пришлось преодолеть свое нежелание его видеть, и одним прекрасным июньским утром я стояла возле замка, изумленно его оглядывая. С момента моего последнего здесь появления замок весьма изменился. Он был отремонтирован: крыша заменена, заколоченные когда-то окна сияли новехонькими стеклами, мраморные колонны, подпиравшие козырек над крыльцом, могли похвастать свежезаделанными щербинами.
Сад был подстрижен, в кустах шевелился садовник, чем-то там занимавшийся. В конюшне весело ржали лошади, а во дворе суетилось несколько незнакомых мне слуг. Похоже, у графа дела пошли на лад.
В замке тоже все оказалось чистым, выскобленным и обновленным. Новые бархатные шторы на конах, кресла сияли свежей обивкой, паркетный пол сиял чистотой. По дому шустрила незнакомая мне женщина средних лет с приятным, хоть и довольно строгим лицом. Осведомившись кто я, она попросила присесть и пошла в глубь замка. Вскоре женщина вернулась и сказала, что граф примет меня с радостью.
Он сидел в кабинете. Выглядел сногсшибательно: в белой наполовину расстегнутой сорочке и черных облегающих штанах. До боли знакомые, благородные и правильные черты лица, в темно-золотой шевелюре красуется седая прядь, которой раньше не было. Ноги на столе, глаза полуприкрыты, в руках какое-то письмо, на столе чашка с недопитым кофе. Увидев, что я вхожу, граф поднялся и подошел, взяв мою руку. Затеи медленно поцеловал пальцы и отпустил, указывая на кресло.
— Рад видеть, — произнес он мягко. — Уж и не чаял, если честно.
Он серьезно глядел на меня голубыми глазами, в которых сверкали искорки.
— У меня к тебе дело, — произнесла я, присаживаясь.
— И какое же? — граф подался вперед, весь во внимании.
Я, с трудом отведя взгляд от его наполовину расстегнутого ворота, обнажавшем заросшую шерстью грудь, сглотнула и принялась описывать суть проблемы.
Граф внимательно выслушал, затем чуть подумал и ответил:
— Конечно, я все сделаю для тебя. Трисмегист последний раз был в Хасадском королевстве, надеюсь, он там до сих пор.
— А что, он может переехать? — удивилась я.
— Видишь ли, — пояснил граф задумчиво. — Хитрый старик скрывается, думает, что наш король отправит за ним гвардейцев для ареста. А поскольку я-то его нашел, может решить куда-нибудь и уехать на всякий случай.
