Франсуа был на месте. Сидел за своей стойкой и начищал какую-то деталь. Увидев меня он отбросил в сторону ветошь и саму деталь, и вскинул руки вверх.
– Заставили же вы меня понервничать, ваша Милость! Я даже свою старую заготовку достал. Думаю, авось пригодится.
– Не ной, Франсик! Знаю я тебя, – Темников вскарабкался на столешницу задом. – Выкладывай, чего хотел?
Техник состроил недовольную гримасу.
– Вообще-то я пригласил только господина Грозина, любезный! В вас нужды не было. Но вы можете послушать! Для начала, вот!
Как и в прошлый раз техник принялся выкладывать на стол разные склянки и банки. Также не обошлось и без очередной партии метательных ножей. Последним Франсуа выставил пятилитровую бутыль, в которой плавали какие-то головастики.
Я придвинулся ближе и постучал пальцем по толстому стеклу. Вода в банке забурлила и к стенке прилипла полупрозрачная клякса с хвостиком.
Да когда всё это закончится?!
«Эй, старик, как это понимать?»
Сигбаурд на этот раз откликнулся сразу.
«Наверное это какая-то шутка? Что это?»
«Я тебя сейчас выселю, дедуля! Почему я узнаю об этом только сейчас?»
«О! Ты про этих милых деток? Это потомство Гульгамота!»
Я хлопнул себя по лбу и прошёлся по комнате. Франсик и Темников, ничего не понимая, смотрели за моими странными действиями.
– Когда эти штуки появились?
– После вашего ухода. Когда я продолжил работать с образцами. Сделал для вас ещё одну партию, вот она, – техник показал на стоящие передо мной пузырьки. – А потом заготовил запас для себя.
– Ты давал его кому-нибудь? – к разговору подключился Темников.
– Думаете я ничего не понимаю? Конечно же дал! Как я по вашему должен провести исследования? Это же не… Вот же сучий потрох! Я что? Перезаражал всю базу?! Мне крышка, братцы! Демидов с меня три шкуры сдерёт.
Франсуа выпучил глаза и медленно осел на своё кресло.
Только сейчас я понял, что произошло на самом деле. Да, паразиты скорее всего уже запустили процесс адаптации, и скоро шокируют своих новых хозяев, но это не главное.
– Приготовь списки, Франсик. Всех, кому ты выдал эти зелья. И никого не пропусти. Будем думать, что со всем этим делать, а ты, – я повернулся к Темникову. – Будь добр, постарайся подготовить Демидова к самому худшему. У нас карантин.
***
Время было уже далеко за полночь, когда я вернулся в свою комнату и отправился принимать душ. Из головы не выходили слова техника о нескольких десятках заражённых.
А ещё это Пустоделов. Что если он был не один? Или вовсе был просто пустышкой. Бедолаге поставили блок, а среди стукачей распространили слух, будто бы он ищет исполнителя. А что? Вполне себе правдоподобно. Все заинтересованные бросятся разыскивать заказчика, а другой, настоящий убийца, зайдёт на меня со спины. Надо бы разузнать о пассивной защите. Когда-то этот навык не раз спасал мою жизнь, но привязать к душе его было невозможно.
Займусь этим завтра, когда решу остальные вопросы.
Я допил остатки воды и вышел на улицу. Где-то совсем рядом послышался недовольный женский голос. Кто-то, не скрывая эмоций разговаривал по телефону. Неужели… Другого случая может и не подвернуться.
Я подошёл к двери, из-за которой раздавался женский голос и постучал. С той стороны стало тихо. Пикнул телефон, сбрасывая вызов. Кто-то зашлёпал босыми ногами.
Дверь открылась и передо мной появилась девушка в полупрозрачной ночной рубашке. В одной руке она держала бокал с вином, а второй пыталась закрутить в завиток локон непослушных чёрных волос. На левом бедре сквозь ткань проглядывалась татуировка ввиде сложившей крылья бабочки. Твою ж мать! Почему я не чувствую половину своего тела?
– Сколько тебя можно ждать? Вина больше не осталось, так что без обид, Грозин.
Да что блин за дела-то? Что происходит?
