— О, это же было… года три назад? — подсказывает собеседнику она. — За это время много что могло измениться.
— Да, я вот, располнел, а Димон… кхем… женился…
— В такой ситуации легко обознаться.
— Мы, наверно, пойдём, — тянет её в сторону ресторана Димик. — Егор, я теперь потом позвоню, ладно? И правда давно не виделись, многое надо обсудить. Милая, хочешь пива?
— Нет, хочу домой, — бормочет Света. Ей не по себе не только от упоминания измены, но и от самой ситуации. Остановившись, женщина делает несколько вздохов, смотря через матовое стекло двери на яркие вывески с сосисками в тесте разных видов. Не слишком популярное место, однако оно сетевое и хозяин явно делает кассу где-то ещё. Света голодна, у неё урчит в животе из-за пропущенного обеда, а нервы до сих пор не пришли в норму после вчерашнего «несчастного случая на производстве». Размер премии пока не оглашён, но есть надежда на шестизначную сумму, которую уже есть идеи куда потратить. Мысли о деньгах и резкий поток ветра, вобравший в себя запах еды, заставляют смириться с произошедшим. — Хотя нет, давай и правда пива. И пару сосисок с горчичкой. И сладкий кекс. И…
— Стакан холодного сока, — добавляет Димик, галантно распахивая дверь. — Я помню, что ты ешь, моё солнышко.
«Моё солнышко». Так мило. Интересно, ту другую он тоже так называл, или данное прозвище «забронировано» за той, что три года выслушивала его ночной храп и терпела жизнь в нищете ради призрачного шанса, что «однажды всё будет хорошо»?
Света делает глубокий вздох, чтобы успокоиться. Дыхательная гимнастика обычно хорошо помогает в стрессовых ситуациях. К сожалению, что делать, когда бесит даже она, понятно не очень. Так что женщина на секунду, всегда на одну, представляет себя высказывающей мужу всё прямо в лицо, и моментально расслабляется.
Ей явно стоит найти способ получше, иначе однажды этот ком воплей и правда вырвется наружу, разрывая на части брак с мужчиной, выбранного ею самостоятельно. Да, возможно, выбор не лучший, но… Света сама определила необходимые качество и Димик, чего греха таить, и тогда, и сейчас идеально подошёл. Так что может он и не супер-муж, но именно то, что ей надо.
— У них сейчас есть сезонные кексы с яблоками и корицей, я не знал шоколадный тебе или сезонный, так что принёс оба варианта, — произносит Димик, ставя перед ней на стол сразу две коробки.
Определённо. Именно этот мужчина ей и нужен…
Они никогда так не отдыхали с момента свадьбы. Вероятно, виноваты оба, но особенно — Света, с первой же секунды в роли "жены" взявшая слишком высокую планку. "Три блюда за приём пищи, три приёма пищи в день, мыть пол дважды, каждое утром обрабатываем ванну и очищаем половик у входной двери"… И это даже не десятая часть. Пожалуй, сложно допрыгнуть до подобных высот даже при наличии огромного количества денег и свободного времени, а её работа подобного не предполагала. Димик, первое время то пытавшийся затормозить свою жену, то — удивлённо взирающий на свежеиспечённый торт, на третий месяц перестал вообще как-либо реагировать на просьбы помочь. И осел на диван.
Вероятно, это именно она виновата в ситуации с "диванным мыслителем". Ведь потом и сама, в конце концов, стала совершенно инертной, мысленно уже приписав себя к «потерявшимся в быту».
Или нет.
В принципе, это совершенно не важно.
Они никогда так не отдыхали с момента свадьбы. Вероятно, виноваты оба, но особенно — Света, с первой же секунды в роли "жены" взявшая слишком высокую планку. "Три блюда за приём пищи, три приёма пищи в день, мыть пол дважды, каждое утром обрабатываем ванну и очищаем половик у входной двери"… И это даже не десятая часть. Пожалуй, сложно допрыгнуть до подобных высот даже при наличии огромного количества денег и свободного времени, а её работа подобного не предполагала. Димик, первое время то пытавшийся затормозить свою жену, то — удивлённо взирающий на свежеиспечённый торт, на третий месяц перестал вообще как-либо реагировать на просьбы помочь. И осел на диван.
Вероятно, это именно она виновата в ситуации с "диванным мыслителем".
Или нет.
В принципе, это совершенно не важно.
— Я с каждым днём словно люблю тебя всё больше, — признаётся Димик во время парковки. Замирает, глядя на жену в упор, и вдруг осторожно касается ладони. Пальцы горячие. Он всегда горячий, словно печка, даже в суровые зимние холода. Во внутреннем огне дело или просто так иногда случается, Света не знает. Просто улыбается в ответ и выходит из машины. — Ты, как хорошее вино, с каждым годом становишься только лучше, — говорит он, открыв окно.
— Льстец, — бурчит Света, хотя муж уже не слышит, снова закрывшись внутри машины.
