Найдя где-то мягкие грабли, мужчина принимается собирать листья, упаковывая их в какой-то другой пакет с этикеткой «экологично, перерабатываемо». Воздух приятно холодит, начиная насыщать энергией и её, отчего руки сами наливаются силой.
— Вот видишь, ты тоже втянулась, — кричит Димик через весь двор. — Сегодня свой район, завтра — весь мир!
— Мы что, настолько наследили, что весь район чистить будем? — охает женщина. — Я на это не подписывалась!
— Нет, ну что ты, конечно же нам помогут. В соседних дворах уже тоже полно народу, там вовсю идёт очистка перед летом. В конце концов, тут же в будущем будут гулять наши дети.
— Эм… я надеялась, что мои дети будут гулять где-то… не здесь… не пойми неправильно, тут очень хорошее место, но…
— Знаю, — он отставляет грабли и сладко потягивается. — Я не заставлю тебя тащиться двадцать минут до ближайшей школы. Подберём район получше. Но сейчас, пока мы здесь, стоит улучшить мир вокруг, чтобы не отводить глаза от куч мусора и сгнивших за зиму листьев, верно?
— Дим, я так устала…
— Наконец! — они оборачиваются на крик, с которым по двору бежит худенькая девушка. — Слава всем известным Богам, хоть кто-то! Уже весь район обошла и ни одного человека на субботнике!
— Серьёзно? — опирается на грабли Димик. — Странно, я вроде везде объявления расклеил, даже на автобусных остановках.
— Так это Вы были организатором? — она копошится в рюкзаке и достаёт небольшой магнитофон. — Может, тогда скажете пару слов?
«Да, милый, скажи их лучше своей жене, которую ты вытащил на улицу после целой ночи за машинкой на субботник, который сам же и организовал!»
— А это ваша жена? — поворачивается к Свете девушка. — Такая красавица! — под носом у женщины сразу же оказывается микрофон. — Скажите, Вы всегда поддерживали инициативы своего мужа?
— Эм… да. По крайней мере, делала всё, что было в моих силах, — бормочет Света. — Я никогда не выступала против, потому мы… и правда… можем сделать мир… ну…
— Чище, — подсказывает ей Димик. Диктофон тут же поворачивается к нему. — Мы в состоянии улучшить текущую ситуацию и помочь экологии, и это не будет настолько тяжело, как всем кажется. Пара часов уборки и пять мешков листьев станут отличным вкладом в будущее, которое каждый из нас подарит своему ребёнку. В области ей специальные фермы, основанные такими же эко-активистами, они работают только с «чистым» сырьём и занимаются сельским хозяйством, не подразумевающим каких-либо химикатов. Помощь им — часть моей миссии. Мы с женой отчаянно призывали других жителей района поучаствовать в нашем общем деле по облагораживанию дворов, но, судя по всему, в это прекрасное утро люди предпочли лежать лицом в подушку.
— Жаль, что столь благородная инициатива не нашла союзников.
— Почему? Вы же здесь.
— Эм… — девушка щёлкает кнопкой и виновато качает головой. — К сожалению, мне надо сдать материал и это не терпит…
— Не думаю, что от десяти минут станет хуже, — Димик уверенно протягивает собеседнице свои грабли. — Я сейчас принесу пакет, поможете сложить в него и можете идти.
— Но…
— Всего пять минут, а вклад для экологии будет весомым!
— Я не… — девушка смотрит на грабли, потом опускает глаза на свой диктофон. И прячет его в сумку, которую передаёт Свете. — Собственно, пят минут у меня есть…
— Что это, мать твою, было?! — взрывает прямо в лифте Света. — Я на подобное не подписывалась!
— Дорогая, говори тише, а то все соседи услышат, — успокаивает её муж. — Никто не готов сходу открыться экологической миссии, на это нужно время. И я очень благодарен тебе за эти три часа, которые потребовались для уборки.
— А я благодарна тебе за три прекрасных часа в обнимку с подушкой! — шипит она. — Я просто чудесно выспалась, теперь даже руки не болят!
— Но ты же… — он на секунду замирает. — Ох, прости. Я не подумал…
— И в этом твоя основная проблема! Ты вообще никогда не думаешь об окружающих! Тебе плеваться на всё, кроме твоих собственных идей! Ты увёл меня из родного города, потом мы колесили по стране, а теперь — я заперта наедине с машинкой, потому что ты никак не можешь найти нормальную работу по специальности! Я устала, я не просто не чувствую «счастья», которое ты мне обещал, я вообще, мать твою, ничего не чувствую! Это полный пиз…
— Милая, тише.
— Да что ты меня постоянно укорачиваешь, когда сам понимаешь, что я права?! Это нечестно и безумно, делать то, во что ты не веришь!
— Возможно, всё и выглядит странно. Пока. Ты не можешь верить в светлое будущее, не понимаешь настоящего и боишься всего на свете. Наше путешествие началось внезапно, и ты до сих пор не веришь в себя. Но хотя бы в меня ты веришь?
— Да я уже и сама не знаю, во что верить!
