Не имея звезды полностью

Амбридж, стиснув зубы и палочку, решительно направилась к одному из главных возмутителей спокойствия — Герберту Артуру Лансу. Тот воспринимал в штыки любой декрет, появлявшийся на доске перед входом в Большой Зал. Известный музыкант, прочтя постановление о магловской одежде, перестал носить мантию, облачившись в черный, стильный однобортный костюм на две пуговицы. После декрета о чистоте речи, юноша стал изъяснятся на никому непонятном сленге, от которого у приличных магов уши в трубочку заворачивались. Узнав о том, что нельзя приближаться на перемене к противоположному полу ближе, чем на два дюйма, Ланс стал постоянно ходить с подругой в обнимку, а иногда даже лежал у неё на плечах в форме кота. Чтобы не писала Амбридж, Герберт все делал с точностью наоборот, чем вызывал бурный шквал одобрения и неповиновения со стороны маргиналов.

Амбридж все злилась, скрипела зубами, но из-за распоряжения министра «не трогать звезду» не могла сделать большего, чем банальные отработки и замечания с занесением в личное дело. Как бы то ни было, на эти меры Герберт Ланс плевать хотел, продолжая действовать согласно собственным разумениям.

— «Поганый магл!» - мысленно прошипела Долорес, подходя к компании маргиналов, сидевших посреди прохода.

— Мистер Ланс, — приторно сладко, в своем стиле, произнесла Долорес.

Никто не обратил на профессора ни малейшего внимания. Юноша продолжал играть, а слушатели... ну, слушатели, что не удивительно, продолжали слушать. Пальцы Герберта резво бегали по струнам, а чуть прикрытые веки изредка подрагивали, когда парень брал высокую ноту. Это дрожание почему-то безумно нравилось Изабель, и девушка никак не могла найти ответ на вопрос «почему»? Собственно, настоящему авантюристы подобные знания ни к чему.

— Мистер Ланс, — чуть выше пискнула Амбридж.

Ноль эффекта.

— Мистер Ланс! — обладательница одноцветного, розового гардероба перешла на такой тонкий визг, что у Ли Джордона чуть не треснуло стекло над циферблатом.

Парень сморщился и отложил в сторону гитару. Проныре оставалось сыграть последний аккорд, а эта мымра все испоганила своим крайне немузыкальным визжанием. Но, что поделать, не у всех людях есть музыкальные способности.

— Да мэм? — устало спросил Геб, глядя на жабо-подобную стерву, от ярости пошедшую красными пятнами.

— «Красный — цвет яда» — Ланс припомнил естественный закон дикой природы, а потом задумался. — «Но почему тогда Снейп не покрасит свои патлы в багрянец?»

— Чем вы заняты, юноша? — голос Долорес вновь стал настолько приторным, что Ланс жалел о своем тонком слухе и мечтал о том, чтобы ему, как, к примеру, Близнецам по ушам прошлось стадо мамонтов.

— Играю, мэм.

— Кажется, министерство, в декрете №213 запретило магловскую музыку на территории Хогвартса?

— А с чего вы взяла, что она магловская? — спросил Ланс.

— «Потому что ты чертов магл, укравший у кого-то палочку!» — хотелось вскрикнуть Амбридж, но, сделав вид что высказывание не было услышано, вслух она сказала следующее. — Немедленно прекратите свое бренчание, или я отберу это подобие на инстурмент.

— По какому праву? — усмехнулся Ланс, демонстративно импровизируя на двух струнах и трех аккордах. — Декрет запрещает слушать, а не исполнять — это раз. Два — это моя частная собственность, к которой вы не имеете никакого отношения.

— Еще как имею — я ваш преподаватель! — было видно, что Долорес на сто процентов уверена в своих словах.

— И что теперь? Наклеите мне на гитару наклейку — «Мне плевать на Долорес Амбридж. Играю где хочу!»?

Долорес, хоть и была еще той стервой, на оказалась довольно хорошо подкована в юридических вопросах. Амбридж немного попыхтела, потом нацепила свою знаменитую любезную улыбочку и зацокала каблучками в сторону кабинета.

Герберт пожал плечами и продолжил играть, наслаждаясь ароматом крепкого кофе, идущего от волос Изабель. Сама девушка победно ухмылялась в спину мымры. Складывалось такое впечатление, что она злорадствовала за двоих, так как Проныре на профессора, как и на её декреты, действительно было плевать.

9 ноября 1995г, Англия, Хогсмид, бар «Кабанья голова»

— Да она в край обнаглела! — воскликнул Ланс, с грохотом опуская кружку на стол. — Сперва дикреты штампует как блинчики готовит, потом Дружину свою фашистскую организует, потом свободу собраний аннулирует, теперь вон не просто играть запрещает, так еще и инструменты велит Филчу сдавать! Да чтоб я! Да чтоб этому маразматику! Да и Малышку отдал! А что потом?! Она что, за евроинтеграцию начнет агитировать?! Роджер, скажи, что ты думаешь по этому поводу!

Дракончик смачно срыгнул, а потом фыркнул огнем и упорхнул в карман пальто Изабель. Там Родж планировал либо перезимовать, либо, хотя бы, проспать до ужина.

— Вот видишь! — все больше распалялся Проныра. — Даже Родж со мной согласен!