Подняв руку над собой, я заметила край хлопковой сорочки.
«Это что еще за хлопок мне попался, где моя махровая пижама?» — подумала я. Кто-то переодел меня, пока я спала? Но я точно помню, что засыпала одна в своей квартире.
«Что за барабашка меня по ночам переодевает?» — удивлялась я.
— Госпожа, с вами все в порядке? — спросила девушка лет шестнадцати в костюме горничной.
Я перевела взгляд и не поняла. «Это что за костюмированный праздник?» — промелькнула мысль сомнения и недоверия. Может, это косплей? Прищурилась, как бы пытаясь разглядеть нутро собеседницы, и поняла, что ничего не поняла.
Я не настолько грешила в жизни, чтобы проснуться утром неизвестно где… И я не настолько погружаюсь в сны, чтобы не чувствовать передвижений. Может, с возрастом я залунатилась невзначай?
Попыталась сесть на огромной кровати в темных тонах, но получилось далеко не с первого раза. «Что за черт?» — удивляясь все больше и очумевая от ситуации в целом. Да такая кровать просто не поместится в квартиру, даже если разобрать ее пополам. Я что, уснула и проснулась миллиардером?
А если сейчас войдет хозяин этого пространства, и я тут такая прекрасная на его ложе?
«Какой третьесортный роман я себе за три секунды надумала?» — отдернула я себя мысленно. Я уже дважды поженила себя, развелась и трижды стала вдовой. Почему поженила? Просто мужчины какие-то бесхребетные попадались.
М-да, обращались-то ко мне, а я тут сюжеты выдумываю, понимаешь. Правда, ситуация, в которую угодила, сама о себе напомнит и припомнит…
— Госпожа, надо торопиться, отец вас ждет к обеду, — проблеяла девушка в костюме горничной. Она теребила передник, явно нервничая, будто не человека будила, а на экзекуции находится. Я вроде не настолько страшна, чтобы меня так опасаться. По крайней мере раньше не замечала…
— Дорогуша, будь добра, помоги мне подняться, — хрипло проговорила я. Я что-то отчебучила во сне? Странно все это. Я просто попросила о помощи, нервные клетки ведь не восстанавливаются…
Девушка быстро подошла и помогла мне опустить ноги на холодный пол и встать с кровати. Медленно и скрипя всем, чем только можно, будто бульдозер переехал. Я чувствовала себя разваливающейся клячей, какую-то деталь просто-напросто забыли прикрутить, чтобы все работало как надо.
Кое-как проводив меня до уборной, мне помогли сделать все утренние процедуры. Даже помыли, хоть я и отнекивалась, но тело практически не слушалось, поэтому я была рада в какой-то мере. Пока мне помогали, я пыталась осознать ситуёвину, в которую меня занесло. Там же оказалось что-то, напоминающее длинное зеркало.
Выпроводив служанок ненадолго, я дала себе передышку, чтобы прийти в себя от новых ощущений и подойдя к зеркалу, я вцепилась в мутное обрамление предмета роскоши, изучая отражение.
Мда, захочешь опровергнуть, да не получится. Единственный вердикт, который можно вынести, — это действительно не сон, я не я и жизнь не моя.
Предыдущие действия показали, что я чувствую себя очень даже реально. В процессе ежедневных процедур я постоянно щипала, кусала и хлопала себя. Один раз даже ударилась об косяк. Девушки в костюмах горничных чуть дух не испустили, до того побледнели.
Молодая девчонка отражалась в зеркале, это точно не мое тело. Только цвет глаз у нас с ней совпадал. Отражению в зеркале было около двадцати лет, точный возраст я не скажу. Симпатичная. Каштановые волосы, голубые глаза, стройная фигура.
Может, местный бог наградил меня способностью жрать и не толстеть? Особенно после тридцати лет такая способность бы пригодилась. Как же так угораздило тебя, Ангелина Евгеньевна?
Мой природный цвет волос был русым, постоянно делала мелирование. В подростковом возрасте много мудрила с цветами, было дело, что чуть без волос не осталась после одного чудо-парикмахера. Гораздо позднее хотелось вечных женских перемен, но полностью окрашивать волосы не было желания.
В дверь снова постучали.
— Госпожа, Агелия.
— Иду, уже иду, — отозвалась я и, шаркая пятками, отправилась к выходу.
В общем, про «господ» ситуация такая. Сидишь, по мне, так вечность, а служанки кружат вокруг тебя, говоря тоненькими голосками: «Какая леди очаровательная, прекрасная, красивая и т. д.». А ты сложила лапки на коленях и ждешь минуты икс.
Они штукатурят, заплетают, чуть ли не воду прожевывают перед тем, как преподнести «госпоже», и одевают, хотя самостоятельно я не смогла бы без посторонней помощи запаковаться в предложенное. Это что? Корсет? Кринолин? Панталоны? Юбка в юбке, короче говоря, как пакет в пакете… Ей-богу, упаси. Причем наряды были довольно безвкусными и эти неудачные попытки быть откровенной. М-да. Что-то пошло не так.
Нет, не по моим меркам, я как человек, выросший в 21 веке на земле, где трусы — не трусы, а шорты — не шорты, понимаю, что это довольно целомудренно. Для меня. Но для этой эпохи у меня происходит разрыв шаблона. Прямо звоночки звенят, что для этого времени — ветхого — наряды, которые мне предлагали, были не к месту. Хотя чего это я, может, тут такая мода?
