Все были счастливы. Они все хотели отпраздновать, и я был там с ними, но мне нужно было добраться до своего телефона, чтобы я мог узнать, что с Шайенн.
— Кат.
Кэсси выскочила из одного из коридоров. Я кивнул ей подбородком.
— Привет, Кэсси. — И продолжил свой путь.
— Нет, Кат… — Она потянула за край моей формы, указывая на боковую комнату.
Мне это уже не нравилось, и я пошел с ней. Кэсси не спрашивала о моем локте, и она выглядела взвинченной, почти нервной. Мы вошли, и она придвинулась к двери так, что она была приоткрыта всего на пару сантиментов.
— Эй, эм… — Она заправила прядь волос за ухо, оглядываясь на коридор, который мы только что покинули.
— Что такое?
Ее плечи расправились, голова поднялась выше, и она заговорила более уверенно.
— Я не совсем хорошо себя чувствую, делая это, но я также не совсем хорошо себя чувствую, ничего не говоря.
Блядь.
— Что? — Мои зубы начали скрежетать друг о друга.
— Мы созванивались с Мелани ранее. Она сказала, что вы с Шайенн собирались куда-то пойти сегодня после игры.
— Таков план.
— Ну, они пришли и были пьяны.
Ладно…
— Что-то не так с твоей девушкой.
— Что? — Я нахмурился. — Она больна?
— Нет, я имею в виду, ну, может быть. Она вела себя как пьяная, и все было нормально, но это была не нормальное опьянение. Мелани поддерживала ее, но не рядом. Все было не так. Я отвела их в один из ВИП-залов, а она ушла в боковую комнату. Она была там одна большую часть игры, пока внезапно Мелани не получила от нее сообщение, и они поспешили убраться.
— Она ушла?
— Да, но, Кат… — Она придвинулась ближе, понизив голос, и прикусила нижнюю губу. — У меня было нехорошее предчувствие на ее счет. Будто она была под чем-то. Может быть наркотики. И я знаю, ты не такой, и тебе определенно не нравится это в твоих девушках.
— Наркотики?
Наркотики? Но Чед молчал о ней, говорил, что в семье все плохо, и я знал, что она была одной из причин, по которой он некоторое время оставался у нас во время школы. Но наркотики?
Но ее мама была наркоманкой.
Мне не нравилось так думать.
— Мне действительно жаль. — Она коснулась моей руки и сжала ее. Ее телефон издал сигнал, и она повела пальцем по экрану, чтобы прочитать сообщение. — Это Мелани. Она предлагает встретиться.
— Без Шайенн?
Она кивнула, прикусив губу.
Было очевидно, что она чувствовала себя плохо, но наркотики? Я не знаю. Это просто казалось неправильным.
Я слегка ей кивнул.
— Иди куда-нибудь со своей девушкой. Повеселись.
Она усмехнулась, отстраняясь.
— Не знаю, насколько нам будет весело. Я чувствую, что должна сказать Мелани, что рассказала тебе…
— Нет, не должна. Ты присматриваешь за другом, но дальше я сам разберусь. Не беспокойся об этом. Просто иди, развлекайся и делай все, что ты делаешь.
Она немного подождала.
— Ты уверен?
— Уверен. Иди.
Она так и сделала, после еще одного мгновенного колебания, но что за гребаная херота. Наркотики?
Чеду она не нравилась, он не хотел, чтобы я был рядом с ней, но… Блядь! Херота.
Стиснув зубы, я двинулся вперед, распахнув дверь чуть сильнее, чем было необходимо. Двое парней в коридоре подскочили, но я прошествовал мимо них в раздевалку.
Гребаные наркотики.
Ни за что, блядь, на свете.
Глава 14
Шайенн
Я была не в состоянии это сделать. Для меня не существовало туннеля.
В середине второго периода я подпрыгивала от каждого рева, одобрительных возгласов и гудков, и мне казалось, что с меня пытаются содрать кожу. Я решила, что с меня хватит, но попыталась заверить Мелани, что смогу добраться до дома сама. Ей не нужно было оставаться. И да, она не отходила от меня ни на шаг, пока я не оказалась в своей квартире. Она все еще ждала, пока закончится игра, которую мы досмотрели по телевизору.
К концу третьего периода я была гораздо более вменяемой.
Я ненавидела использовать эту терминологию, но именно так я себя чувствовала.
У всего есть причина, в мозге недостаточно рецепторов, или дофамина, или нейромедиаторов, но, когда человек чувствовал, что мир вращается вокруг него, это была общая атмосфера происходящего. Мы были чокнутыми. Но я была дома, в безопасности, и я знала, что происходит, и это была большая часть работы. Это позволило мне заземлиться.
Мелани ушла после игры, планируя встретиться с Кэсси в «Сиськах», поэтому, когда она ушла, я написала Кату, прежде чем выключить телефон.
Я: Неважно себя чувствую. Поехала домой. Я позвоню тебе завтра? Прости. Отличная победа!
После этого я наполнила ванну, и к тому времени, когда вылезла из нее, я почувствовала себя немного лучше. Почти нормально. Меня все еще трясло, усталость начинала просачиваться внутрь. Она была там все время, но я сдерживала ее, из-за чего стало еще хуже. Когда мы добрались до квартиры, я не позволила себе отключиться. Я держалась, желая досмотреть игру до конца, но теперь… теперь я почти падала, мне нужно было поспать.
Именно тогда раздался звонок в дверь, и я замерла.
Кто…
— Это я, Шайенн. Открой.
Я втянула воздух. О, святые угодники.
