На самом деле не сильно злился. Всё-таки, благодаря Роману я узнал правду о своей… девушке.
– Да что не так-то?! – проворчал Роман, отплёвываясь от солёности моей руки. Ну и поделом ему!
– Мы помирились с Людкой, решили не просто начать всё сначала, а жить вместе, перевести отношения на новый уровень, так сказать. Но она не знает, что я знаю о её беременности! – выдал я на одном дыхании.
Я и не заметил, что дверь в зал открылась и на пороге стояла Ксюша. Поэтому, когда она заговорила, я аж подпрыгнул:
– То есть, ты знаешь и спокойно к этому относишься? – прошипела жена друга, осторожно закрывшись. Она смотрела на меня так строго, словно я был провинившимся двоечником.
Нечестно! Накосячил-то не я!
– А почему я должен не спокойно к этому относиться? Я люблю её, она меня. Если хочешь знать, я приезжал к ней месяц назад, чтобы предложить жить вместе, а она устроила истерику в ответ на мою сцену ревности! – эмоционально возмутился.
– Что-то мне это напоминает, – покачала Ксюша головой, взглянув мимо меня, аккурат на мужа.
– Только не сначала, прошу, – Рома примирительно улыбнулся, подняв руки, словно сдавался.
Ксюша же воинственно скрестила руки на груди.
Так вот она какая! Семейная жизнь.
– Откуда Дима узнал? – несмотря на то, что они говорили обо мне, чувствовал себя не просто лишним, а вообще пустым местом.
– Эй… – попытался вклиниться, но бесполезно: Вишняковых уже было не остановить.
– Ну, кто-то же должен был прекратить это безумие! Вот я и съездил на выходных к Димону и поделился важным открытием! Тем более, Дима итак знал, что Людка – беременна! Просто в силу того, что ему никто не сказал правду, считал, что отец – не он. Ты знаешь, какая была бы каша, если бы я не влез?! – Рома начал оправдываться перед разъярённой женой.
– Ты знал?! – Ксюша перевела взгляд на меня, а я аж вздрогнул. – Но откуда?!
– О боже, наконец-то меня заметили! – зло пробурчал и поскорее продолжил, а то вдруг моя минута славы закончится, не начавшись: – У Людки на кухне был целый пакет с этими использованными тестами! Сложить два и два было нетрудно.
– Но что ты делал у неё на кухне? – в Ксюше включился следователь, и её уже было не остановить.
Похоже, в каждой женщине живёт детектив, который включается в критической ситуации. И он не успокоится, пока не разгадает все тайны и не раскроет все преступления. Методам дедукции разъярённых красавиц можно только позавидовать: без труда находят и любовниц по лайкам, и другие секреты узнают.
– Ага, когда ловил попугая, – раздражённо фыркнул.
– Прости, что? – Ксюша явно была готова наорать на меня.
– Спроси у своей подруги, – вторил ей. – Кстати, где она? Она могла всё услышать… – и этого я боялся больше всего. Это нарушило бы все мои планы. А пока всё шло относительно без серьёзных отклонений.
– Она играется с Кешиком. Похоже, у неё уже проснулся материнский инстинкт, и она готова ухаживать за каждым, кто меньше и слабее её, – устало вздохнула Ксюша, сменив гнев на милость.
Некоторое время мы втроём молча стояли и глядели друг на друга. Ситуация была просто космическая.
– Подытожим. Люда – беременна. Ты об этом знаешь и нормально к этому относишься, – наконец заговорила Ксюша.
– Так, – кивнул, не желая проходить очередной тест, не зная правильных ответов. Надоела эта канитель!
– Люда не знает, что ты знаешь.
– Верно.
– Надо сказать ей прямо сейчас и покончить с этим цирком, – выдала Ксюша очешуительный вывод, а я чуть не заорал на неё матом.
– Стой! Не вздумай! Мы разберёмся сами! – был готов бороться за нашу будущую семью чуть ли не кулаками, вгрызаться зубами.
– Вы что-то слишком херово разбираетесь, – вздохнула Ксюша. – Того глядишь без нашего вмешательства жили бы порознь, недолюбленные.
– Если ты скажешь об этом ей сейчас, она подумает, что я с ней ради нашего ребёнка. Но это не так! Я с ней ради неё в первую очередь! Я хочу быть с ней и в горести, и в радости! И хочу, чтобы она снова мне доверяла. И чтобы сказала правду сама, а не из-под палки!
Ксюша в очередной раз тяжело вздохнула.
– Ять! Как же вы меня все … – Ксюша выругалась чуть ли не трёхэтажным матом. Последнее слово было синонимом «достали».
От неожиданности мы переглянулись с Романом. Тот от удивления хлопал глазами и стоял с открытым ртом, аки немая рыба. Не каждый раз видишь, как тихая добродушная скромница злословила, аки последний сапожник.
– Любимая, ты материшься? – наконец, выдал он.
– Ага, по праздникам. И в крайне чудесатых ситуациях. Примерно, как эта.
Улыбнулся. Чувствовал примерно тоже самое. Поэтому поспешил в комнату, где Людка осталась наедине с попугаем.
Пора ехать домой.
По-прежнему считала решение переехать к Дмитрию опрометчивым, но Ксюша меня успокоила. Когда мы остались на мгновение перед выходом наедине, она сказала своё короткое:
– Не дрейфь. Начинать новое всегда страшно. А там, может ты и сможешь признаться в своём положении. К тому же, я уверена: ты будешь под присмотром. Думаю, у вас всё наладится, – Ксюша лучезарно улыбалась.
