— Так вот, что тебя беспокоило. Черри, будь я маньяком, который тебя хочет, то я бы уже запер тебя в своем подвале.
— И куда же мы пойдем? Надеюсь, не к тебе домой?
— Нет. Есть место получше. Там нас никто не услышит.
Я напряглась, послав ему многозначительный взгляд.
— Я хочу доставить тебе удовольствие, Черри, и я это сделаю. Но мне бы не хотелось, чтобы твои крики услышал весь город.
Я скептично выгнула бровь.
— Тебе придется проверить мои слова. Ну что, ты идешь?
— Я все еще не доверяю тебе…
— Так дай мне завоевать твое доверие.
Он взял меня за руки и помог встать. Затем прижал к себе и прошептал:
— Сначала доверие, чтобы ты расслабилась. А потом… я оттрахаю тебя так, что ты сорвешь голос.
Вновь меня пытались силой вытащить из машины. Это уже превращается в традицию.
— Перестань упрямиться, - вздохнул Зандер.
К его чести, он тянул меня не так настойчиво, как Мелони. Он крепко держал меня за руку и все уговаривал, оставляя последний шаг за мной.
— Ты привез меня в чертов лес!
— Ничего не могу поделать с тем, что нужное нам место располагается именно в лесу. А что случилось? Я думал ты тут, как дома.
— Так и есть. – Я еще немного подумала, но так и не заметив ничего зловещего в его взгляде, решилась. – Ладно. Но если ты меня зарежешь, то мой дух будет преследовать тебя вечно.
— Я не променяю тепло твоего тела на бесплотную душу, - заверил Зандер, притянув меня к себе.
Его слова прошлись по коже током, воспалившим нервные окончания. Мне уже плевать было и на лес, и на то, что над нами светила луна. Я просто хотела ощутить этого мужчину в себе.
Мы как будто прошли совсем немного от дороги, хотя вокруг стало очень темно. Толстые ветви, опушенные, где листьями, где иголками, закрывали небосвод и блокировали лунный свет, словно сговорились с Зандером, чтобы мы с ним смогли побыть наедине.
Из-за темноты я ощущала все еще острее. Его рука была горячей и… надежной. Я почему-то точно знала, что он не убежит от волчьего воя, как Мел. Нет, он бы скорее прислушался, как к завораживающей мелодии, запрокинул голову и задышал бы с лесом в унисон.
— У меня такое странное чувство…
— Какое?
— Будто ты един с этими местами.
— Как гид я довольно часто тут бываю, - улыбнулся он через плечо.
— Я не об этом. Трудно объяснить. Ты похож на моего отца.
— Неужели? Надеюсь, ты его очень любишь.
— Да, очень. – В душе потеплело при мысли о нем. – В детстве мы часто ходили вместе в походы. Он так хорошо сливался с природой, что иногда мне казалось, что он однажды уйдет в лес и больше к нам не вернется. И я бы даже не плакала, не удивилась бы.
— Надеюсь вскоре с ним познакомиться.
Я промолчала, не желая думать о будущем. Это всего лишь интрижка. Не стоит представлять себе что-то иное: теплое, уютное и семейное. То, к чему меня давно подталкивала мать. Я-то не против завести семью, но так и не встретила мужчину, с которым хотелось бы это сделать.
А Зандер…
Скольких туристок он здесь соблазнил своей диковатой харизмой, обаятельной мужественностью и разговорами о возможном будущем? Даже думать противно. Но и винить я его не могла. Не всякая городская девушка согласится остаться здесь и разделить с мужчиной скромный и простой быт практически на природе.
— Пришли.
Зандер остановился и я встала рядом с ним на краю небольшой полянки. Она была идеально округлой, лунный свет падал на большой каменный алтарь в центре. Вокруг алтаря стояли три колонны метра два высотой и образующие треугольник. И алтарь, и колонны были идеально отполированы – явно дело рук человеческих, а вот множественные каракули, выскобленные на поверхности, выглядели древними.
— Какая-то туристическая точка?
Я прошла вперед, хотела подойти поближе к алтарю, но у самого края невидимого треугольника почему-то остановилась. Воздух был прохладным и свежим, но спереди меня вдруг окутало теплом. Опять что-то странное. Ощущение было завораживающе родным, взывающим к чему-то внутри меня.
— Нет, Черри. Мы не водим сюда туристов. Далеко не все жители Ривертауна знают об этом месте, не то что приезжие.
— Зачем ты привел меня сюда? И почему ночью?
— Это место единения энергий. Когда-то очень давно именно здесь… люди связывали себя узами брака. – Он обнял меня со спины и поцеловал в шею. – В этих местах была традиция, которая почти вымерла в наше время.
— Что за традиция?
— Ставить друг другу метки принадлежности. Мужчина помечал женщину, и все вокруг знали, что она принадлежит ему.
Слова Зандера лились медом, как и руки медленно опускались вниз, лаская грудь и живот.
— Какого рода метки? Метить территорию может животное, но не человек.
— Разве? Кольцо на пальце – это тоже метка.
— Это красивый обряд, прекрасно совместимый с цивилизованностью. А то, что рассказал ты, звучит диковато.
— Ты так считаешь? Но зато древнюю метку никто не мог снять с пальца так легко, как сегодня можно снять кольцо.
— Еще бо́льшая дикость. Значит, из брака нельзя было выйти, если разлюбишь супруга?