На скорую руку приняла душ, и стала спускаться на кухню. Желудок радостно предвкушал появление в нём пищи после таких физических нагрузок.
Уже почти дойдя до кухни я услышала голоса, и остановилась как вкопанная, потому что мне показалось, что прозвучало мое имя.
— Арсюш, я просто переживаю за своего сына. Я понимаю, что Даша неплохая! Но просто я так долго мечтала, что Данил с Амалией снова будут вместе… Я же вижу, как они смотрят друг на друга. Это точно любовь.
— Екатерина Борисовна, — раздался голос Арсения, — при всём моём уважении, но у Амалии с Данилом никакая не любовь, а давно уже хорошая дружба. — Я даже на миг загордилась Арсением, что он так дал отпор маме Данила, и даже уже хотела войти на кухню, как услышала продолжение разговора.
— А что тогда любовь? У Данила с Дашей, ты хочешь сказать?
— Не знаю, любовь там, или нет. Вообще всё началось с того, что она ему не понравилась, он хотел кого-то погламурнее в секретари, как он любит. И придумал с ней переспать, а потом бросить, чтобы она сама ушла. Мы даже поспорили потом, кто первый её захомутает…
Его слова начали расплываться в моём сознании. Сердце звучало так гулко, отдаваясь в ушах.
Это всё был обман.
Все вопросы, мучавшие меня за последний месяц растворились, и всё встало на свои места. Это не я изменилась и преобразилась. Это у Данила просто поменялись цели. И внимание Арсения тоже было теперь понятно.
Они хотели, чтобы я ушла? Это же было целью? Из глаз потекли слезы.
Отлично. Они своего добились. А я еще раз убедилась во всём, в чем начала сомневаться в последнее время.
Я бросилась в комнату, схватила свою сумку с вещами, которую так и не успела толком разобрать, и, уже не пытаясь быть тихой, выбежала из дома.
На моё счастье, почти сразу рядом со мной затормозил какой-то автомобиль.
— Девушка, всё в порядке? Вы чего бежите и плачете?
— Можете меня подкинуть до города, пожалуйста?
Наверное, мне повезло, что рядом со мной проезжал не какой-то маньяк, а нормальный мужчина. Он довез меня прямо до дома, и даже не взял денег, хотя я предлагала.
Всю дорогу я никак не могла перестать плакать.
Как один день смог превратиться из самого прекрасного в моей жизни, в самый ужасный?
Выйдя из машины, я посидела несколько минут на скамейке у подъезда, пытаясь прийти в себя, чтобы не напугать бабушку своей истерикой, но получалось плохо. Как только я думала о том, что произошло, на меня накатывала новая волна слез.
В конце концов плюнув на всё, я стала подниматься. Постаралась как можно быстрее пройти в ванную комнаты, чтобы не столкнуться с бабушкой. У меня получилось.
Из зеркала на меня смотрело зареванное и опухшее нечто.
Кого я хотела обмануть? Не красивая, не интересная, просто никакая. Данил очень чётко еще раз показал мне, какой я была. Той, которая не достойна любви.
Просто так не любят, это всё сказки. Не любят за душу, за доброту.
И если я и так всё это знала, то на что вообще надеялась? Разве жизнь мало преподала мне уроков в прошлом? Зачем я поверила кому-то, что я другая?
Всхлипы уже вызывали боль в горле, я несколько раз уже умылась холодной водой, но это мне никак не помогало. Могла ли эмоциональная боль превратиться в физическую?
Теперь я знала, что да.
Кое-как приведя себя в состояние, когда я уже не ревела не переставая, я вышла из ванной комнаты. В квартире было тихо. Наверное, бабушка еще спала.
Я подкралась к двери её комнаты, и заглянула внутрь. Кровать была расправлена, но в ней никого не было. Не веря своим глазам я, наверное, минуту просто пялилась перед собой.
Паника начала нарастать внутри как снежный ком. В носу защипало.
— Бабушка? — крикнула я, начав двигаться на своей максимальной скорости. Влетела в её комнату, и начала зачем-то открывать шкафы, будто бабушка могла там спрятаться.
Выбежала в коридор, и просто металась из стороны в сторону, понимая, что её нигде не было.
Её мобильный лежал на столе. Как обычно. Она никогда не брала его с собой, даже переходя из комнаты в комнату, как бы я не объясняла ей, что телефон нужен для того, чтобы мы всегда могли быть на связи.
Мой худший кошмар воплощался в жизнь. Одна ночь. Меня не было всего одну ночь. Я же знала, что её нельзя было оставлять.
Схватив с собой лишь ключи и кошелёк, я выбежала на улицу. Как по заказу начал накрапывать дождь, а у меня с собой, конечно же, не было ни зонта, ни куртки.
— Бабушка! — Я просто бежала, без плана, маршрута, оббегая все места рядом с нашим домом.
Бежала, кричала и плакала.
— Бабушка, пожалуйста… — Всхлипывала я на ходу. Только представив, что с ней что-то случилось, или я её не найду, мне хотелось тут же свалиться на землю.
У меня осталась только она. А я её предала. Оставила на незнакомого человека.
