— Все равно, — Оз, нагнувшись, достал руку Третьей и пропрыгал обратно, сжимая холодную стальную ладонь. — Эмма, вы — моя опора. Без вас меня не было бы — уже в этом вы настоящее чудо. Я не вырос бы человеком — не-люди мне либо сгнобили бы, либо превратили непонятно во что. Либо я вообще не появился бы. Без Первой я не научился бы читать и считать — она же меня больше всех гоняла. Без Третьей я ничего не узнал бы о культуре, манерах… Думаю, ее можно сравнить с матерью. Без Четвертой был бы полным нулем в исследованиях. Пятая показала мне мир глазами не-людей и границы любопытства. А без тебя, — Оз взял Эмму за руку — так всегда делала Третья, подбадривая его, — у меня не было бы детства. Поэтому не говори, что вы бесполезны и что ваши ошибки — нечто неправильное. Вы все для меня, Эмма, пусть даже вы не всесильны. Не вини себя и других за мост. Это случилось, и ничего уже не поделаешь. Вы сами говорили мне, что исправить уже случившееся нельзя. Надо идти вперед.
Вторая уткнулась лицом ему в плечо. Она собиралась рассказать Озу, что, возможно, это была не случайность, а покушение, но не смогла.
Первая транслировала происходящее в комнате и разговор парня с Эммой на сенсорную панель, которую одной рукой держала Пятая, стоя за дверью комнаты Оза. Если бы на ее лице все еще была обшивка — Пятая улыбалась бы. Второй рукой дроид сжимала рацию на груди. Эммы понимали: Оз не просто вырос, он повзрослел в душе. Все-таки гены дают о себе знать: парню достался крепкий внутренний стержень Смотрителя. Был бы Оз таким же, как два года назад, он наверняка сейчас сидел бы в ступоре после рассказа Второй, а потом начал скулить, что хочет домой. Если бы вообще добрался до Юсты, а не свернул на полпути. Но парень, увидевший мир, узнавший так много и пропустивший через себя столько жизней пустых домов и городов, изменился. И разговоры по душам с Эммой-03 и Эммой-05 не прошли бесследно.
— Но создали нас не для тебя, — донеслось из динамика панели. На экране было видно, как в комнате Вторая отлепилась от Оза и наклонилась вперед, заглядывая парню в лицо. — Разве ты не знал? Юко и Смотритель нас собрали задолго до твоего появления!
Пятая выдала почти изнеможенный вздох:
— Она мастер портить душевные моменты, не думаешь?
— Я в этом уверена. Думаю, тебе стоит вмешаться — она точно разболтает то, что не надо.
— Предлагаешь рассказать Озу нашу историю?
— Почему бы и нет? Думаю, это ему знать можно. Только имя не говори. Иначе Смотритель нас накажет.
Эмма-05 кивнула и, запрокинув голову, собралась с силами, врываясь в комнату и объявляя, что Второй срочно следует выйти и очистить батареи от снега, а то трейлер на грани обесточивания. Как только Эмма-02 выехала, Пятая, опережая вопросы Оза, принялась рассказывать ему, когда, зачем и для кого они были созданы. Почему их именно пятеро, почему одно имя на всех и чем они должны были стать изначально. Дроид даже нарисовала схему: звезда в пятиугольнике. Графическое обозначение строения их системы.
Первая тем временем воспитывала Вторую по внутренней связи.
— А посередине, — Пятая закрасила маленький пятиугольник, — человек. Это была идея даже не Смотрителя — Юко. Они и еще один не-человек пытались создать систему, которая позволила бы заточить человеческое сознание в теле дроида.
— Но почему именно пять? Разве не проще было создать одно тело и не разбивать душу на пять частей? — спросил Оз, и Эмма вздохнула: опять в точку.
— Они… не успели создать достаточно мощного дроида для такого, — уклончиво ответила она. — Человек был на грани смерти, поэтому проект доделывался, как говорится, из того, что было. А были мы — пустые корпуса без программы. Можно сказать, экспериментальные модели.
Оз понимающе кивнул. Потом, посмотрев на рисунки Пятой, на саму Пятую, догадался:
— Так поэтому вас зовут одинаково? Вот этот дроид, — он указал на первоначальную задумку Юко и Смотрителя. — И должен был стать «Эммой»? Теперь все понятно!.. Но что случилось с третьим не-человеком, который был с Юко и Смотрителем?
На этот вопрос Пятая не ответила — резко взмахнула рукой, отсекая дальнейшие расспросы, заставляя Оза замолчать. Но парень уже догадался, кем являлся этот третий. Точнее, у него было два предположения, которые он так и не озвучил. В комнате застыла тишина, Эмма что-то чиркала на бумаге поверх своих рисунков. Отчего-то подавленная, к чему-то готовящаяся. И Оз понял, какого вопроса она от него ждет.
— А кого Смотритель пытался перенести? Это был важный для него человек? Мать?
— Нет, — Пятая помрачнела, и парень понял: он спросил то, что должен был, чтобы поставить точку в этом рассказе. — Это человек, которому Смотритель обязан жизнью и мечтой… Но, опережая твой вопрос: не получилось. В нас его нет.
Оз побледнел. Пятая кивнула, будто подтверждая его ужас. Потом встала и, смяв в кулаке лист бумаги, в никуда прошептала:
— Программа для нас была написана позже. Тот проект провалился, а человек погиб. От всего этого осталось только имя «Эмма».
