Однако тому приглашений не требовалось. Едва блюдечко оказалось на полу, как кот спрыгнул и начал жадно лакать. Когда со сливками было покончено, он с королевским достоинством удалился на крыльцо и начал умываться.
Брет невозмутимо отжал из фруктов сок, наполнил два стакана и один из них передал ей.
Мона поняла, что он заметил кольцо Рика, но воздержался от комментариев. Она отвернулась и, пытаясь успокоиться, сдавленно пробормотала:
- Спасибо.
Пока Мона пила сок, он отрезал несколько кусочков ржаного хлеба, сунул их в тостер и разбил в сковородку яйца.
Хотя тосты были поджаристыми, а омлет пышным и воздушным, у Моны сводило живот от нетерпения. Она силой заставляла себя есть.
Трапеза прошла в молчании. Когда тарелки опустели, Брет наполнил чашки кофе. Она опорожнила свою залпом, но Брет пил лениво, продолжая действовать ей на нервы.
Наконец Мона потеряла терпение и вскочила.
- Давай я уберу со стола.
- Не нужно. Я оставлю миссис Грант ключ, она придет и все сделает. Она меняет белье, следит, чтобы холодильник был полон, и присматривает за домом так же, как делала при прежних хозяевах. - Посмотрев на часы, он встал. - Я пошел за сумкой. Если ты готова, мы можем отправляться.
Мона заскрежетала зубами, но совладала с собой и ответила почти спокойно:
- Да, я готова.
Спустя минуту он вернулся с сумкой и сказал:
- Ключи завезем по дороге. - Заперев дверь, он обратился к коту, который заканчивал выли-зывать свой хвост: - Ну что, Трамп, поедешь домой?
Кот пошел за ними. Едва Брет открыл машину, как Трамп прыгнул внутрь и устроился на заднем сиденье.
- Похоже, он понимает каждое слово, - бросила Мона. При мысли о том, что они наконец уезжают, у нее развязался язык.
- Конечно, - ответил Брет. Следуя ее примеру, он решил поддержать светскую беседу. - Видимо, этот малый происходит из старинного рода котов-колдунов. Кроме того, он обожает кататься на машине. Однажды он незаметно забрался на заднее сиденье и уехал со мной в Филадельфию…
Доехав до фермы, Брет остановил машину и
вылез наружу.
Трамп прыгнул вперед, потерся о ноги Моны, задрал хвост и пошел следом за Бретом. Тут из сарая вышла крепко сбитая светловолосая женщина.
- Нет, не показалось! - весело сказала она. - Уезжаете домой, мистер Роуд?
- Да. - Брет передал ей ключи и добавил: - Какое-то время меня не будет. Вы позаботитесь обо всем, как обычно?
Не скрывая интереса к пассажиру “мерседеса”, она ответила:
- Конечно. Только дайте мне знать, когда вам понадобятся продукты.
- Обязательно. Большое спасибо. - Брет приветственно поднял руку, сел за руль, и мгновение спустя они вновь покатили по пыльной колее.
Что будет, когда оки доберутся до “Голубой лагуны”? Он высадит ее и уедет? Мона хотела просить - нет, умолять его поступить так. Но тема была опасная, поэтому она промолчала.
По мере приближения к побережью машин на дорогах становилось все больше. К аромату сосен примешивался острый запах соли.
Мона собралась с силами. Должно быть, “Голубая лагуна” уже рядом, но дорога, по которой они ехали, была ей незнакома.
Внезапно ее кольнуло дурное предчувствие.
- Ты уверен, что эта дорога ведет к “Голубой лагуне”?
- Мы едем вовсе не в “Голубую лагуну”, - спокойно ответил ей Брет.
Мона ахнула. Ее сердце тревожно заколотилось.
- Но ты обещал отвезти меня обратно!
- Ничего подобного. Я сказал только одно: “Всему свое время”. А обещание заключалось в том, что, если возникнут какие-нибудь сложности, я возьму их на себя.
- Можно вообще обойтись без всяких сложностей! - воскликнула Мона. - Достаточно под-везти меня поближе и высадить в проулке!
- Ты действительно думаешь, что я похитил и обольстил тебя, чтобы потом высадить и уехать?
- Но ты же должен понять, что так будет лучше для всех!
- Может быть, так думаешь ты, но я с этим не согласен.
Мона воспользовалась наступившей паузой и постаралась взять себя в руки.
- Если ты везешь меня не в “Голубую лагуну”, то куда же?
- В “Коулд-крик”.
- В “Коулд-крик”? Но ведь там живут Ивлин и Паоло… Зачем мы туда едем?
- Затем, что Ивлин просила привезти тебя.
- Не понимаю… Она что, попросила это вчера, во время вечеринки?
- Нет. Я ездил к ней сегодня утром. Ивлин хотела, чтобы я привез тебя немедленно, но Паоло напомнил ей, что они приглашены к соседям на ланч. Думаю, сейчас они уже вернулись.
Потрясенная Мона пробормотала:
- Так она знает про…
- Про похищение? Да, я сказал ей. Но на уме у Моны было другое.
- Она знает, что… - У Моны запылали щеки, и она беспомощно умолкла.
Брет покосился на нее и насмешливо сказал:
- Я не сказал ей, что мы спали, но, думаю, она догадалась.
Мона застонала. Это означает подлить масла в огонь. Ивлин любит брата и не вынесет такого обращения с ним.
- Зачем ты ей сказал? Она никогда не простит меня…
- Может быть и другой вариант.
Пока Мона ломала себе голову над этой загадочной фразой, они свернули к домику. Не успел “мерседес” остановиться, как Ивлин, сидевшая на террасе, поднялась и торопливо пошла навстречу.
