– Именно это я хотела тебе предложить, – вскидывает на меня взгляд Злата. – Даже если наше… путешествие принесет результат, Никитке придется ждать девять месяцев. Я просто с ума сойду, если… – ее голос надламывается, глаза наполняются слезами.
Мы почти одновременно пытаемся обнять Злату. Она неловко отступает и, поочередно переводит взгляд с меня на Амирана.
– Я хотела бы побыть одна. Можно? Я просто хочу… Мне надо поплакать.
– Хорошо, солнышко, – елейным голоском протягивает Амиран. Тянется к Злате и целует ее в уголок рта. Тьфу!
– Я тоже поеду, Злат. Вернусь вечером.
– Пока, – бесцветно произносит она и отворачивается от нас. Понимаю, хочет поплакать в одиночестве. И не хочет ни с кем разделять свое горе…
Выхожу на улицу, вдыхая полной грудью воздух. Сажусь в пустую машину и запускаю двигатель, не зная, куда себя деть… Как бездомный странник, потерявшийся в лабиринте жизни… Кажется, все двери, куда я стучусь, оказываются запертыми. Любовь, семья, дети… Все получается через одно место… Разве что с дружбой повезло. Без раздумий звоню Роберту и договариваюсь о встрече. Еду в его шикарный ресторан, чувствуя искреннюю радость от того, что он есть…
Роб ждет меня за дальним столиком. Взмахивает ладонью и приглашает к обеду. На столе дымятся стейки из семги, в чашках поблескивает чай.
– Помню, что ты не пьешь, папаша. Как все прошло? – улыбается он, пожимая мою руку.
– Тебе нужны подробности?
– Упаси бог. Достаточно того, что все случилось.
– Я запутался, Роб. Хочу ее вернуть, но этот… Амиран. Он меня злит. С трудом тебя сдерживаю.
– Возвращать надо не постелью, а поступками. Давай поможем ее отцу? – разливая чай, произносит Роб.
– Я собирался это сделать, – оживляюсь я. – Вытянул из Златы все, что мог… Но ты же ее знаешь? Стесняется, не договаривает…
– Давай вместе. Попробую раздобыть подробности дела. Как тебе мой адвокат? Разобрался с Габи?
– В целом да. Ты хочешь, чтобы он занялся делом Леонида Белоцерковского?
– Конечно. Твои деньги и его ум сотворят чудеса. Так что, завтра едем?
– Да, – вздыхаю облегченно.
Никита.
Роберт с аппетитом ест, а у меня кусок в горло не лезет… Проклятые мысли вытравливают все чувства и желания… Наверное, озабоченность безошибочно читается на моем лице, потому что Роб откладывает вилку и одаривает меня сочувственным взглядом:
– Дома был?
– Нет еще. Вчера Злата оставила меня у себя.
– Значит, впереди встреча с Габи и… серьёзный разговор?
– Да сколько их уже было… Разговоров этих… Все уже ясно, Роберт. Я ей высказал свою позицию. За время нашего отсутствия никаких новых постов или прочих… гадостей не появилось.
– И слава богу, – с облечением вздыхает он. – Надеюсь, крутому айтишнику вроде тебя не составит труда раздобыть дело Белоцерковского?
– Роб, я не буду ничего вскрывать. Это незаконно. Ты забыл, что я жил в Америке? Я впитал послушание закону с их… гамбургерами.
– Понимаю. Тогда без помощи начальника полиции не обойтись. Или нет… мы не так поступим. Дело из архива может достать любой следователь, это не запрещено. Я попрошу помощи у своего бывшего одноклассника Ильи Клубнева, он служит в следственном комитете.
– Спасибо тебе, Роб. Ты столько для меня делаешь, ты…
Роберт не выдерживает моей похвалы… Опускает глаза в тарелку и нервно орудует ножом.
– Не понял. Ты что-то не договариваешь? Роберт?
– Черт, Ник! – он отбрасывает приборы и вскидывает полный сожаления взгляд. – Я знал про дело Леонида. Из первых уст знал обо всем… И промолчал, ничего тебе не сказал.
– Ну и что. Это ничего бы не поменяло. Так что… Забей, брат. Я не мог тогда вернуться и что-то исправить. Не мог… Возможности были не те. Да и виза не позволяла разъезжать туда и обратно.
– Я давно должен был сказать тебе, – надтреснуто произносит Роб и тянется к графину с водой. Дрожь его пальцев передается стакану… А невольно пролитая вода обостряет мое непонимание до предела.
– Что, черт возьми! – срываюсь я. – Это ты сдал Леонида?
– Ты с ума сошел, Гончаров? Нет! Это… Лана. Ты знаешь, как вы оказались на юбилее Леонида? И кому ты обязан знакомству со Златой?
– Ну, допустим. А она откуда знала Леонида? Лана простая официантка, ты что-то путаешь, Роб… Она…
– Вадим ее дядя, Никита. Именно Вадим, тот самый, кто просил тебя выкрасть документы из компьютера Белоцерковского организовал ваше участие в банкете. Леонид мог себе позволить обслуживание по высшему разряду, а приехали вы – простые ребята из приморского кафе. Тебя это тогда не удивило?
– Нет, – отвечаю, с трудом справляясь с эмоциями. Как она могла? За что?
– Понимаю. Меня, наверное, тоже… Кем мы были? Простыми парнями из трущоб. Хватались за любую работу и ни о чем не думали. Только бы нам кинули жалкую подачку.
– Роберт, зачем ей понадобилось подставлять Леонида? Стоп! Кажется, я понимаю, зачем ей понадобилось…
