Скидываю с себя халат, включаю кран с горячей водой, жду, когда вода немного пробежит и наполнит дно ванны. Смотрю на себя в зеркало, которое расположено почти во всю стену над ванной. В голове прокручиваю слова Андрея и слова мамы, сказанные в день приезда, о том, как я сильно исхудала. Да, действительно, в последнее время я практически не ем, забываю, словно нет в этом физиологической потребности, да и к тому же очень мало сплю.
В отражении зеркала изучаю изменения в своём теле. Провожу рукой от плеча левой руки к ключице, которая от ушедшего веса стала более явной. Спускаю руку ниже и ощущаю рельефность рёбер. Обеими руками трогаю впалый живот. Для своего роста 165 см я выгляжу немного худовато, но это совсем не похоже на ими объявленную исхудалость. Мама и Андрей явно преувеличивают.
Зеркало затягивает матовой пеленой, и моё отражение в нем теряется. Я переступаю через бортик ванны, протираю зеркало ладонью и вглядываюсь в своё лицо. Мои скулы стали более выразительными, и за счёт этого шея кажется вытянутой. Смотрю в свои глаза, и они мне тоже кажутся крупнее, чем раньше. Из-за потери веса все черты лица стали выразительно отчерчены.
Медленно усаживаюсь в ванну. Моё тело сантиметр за сантиметром начинает поглощать горячеватая вода, и от этого слияния лёгкая дрожь проносится по моей спине. Погрузившись полностью в воду, делаю глубокий вдох. Грудная клетка наполняется пропитанным влагой воздухом, а на выдохе я расслабляю все мышцы тела. В этот момент только одна единственная слезинка обжигающе катится по щеке.
Вслушиваюсь в завораживающий шум воды. Он заставляет выпустить из головы все тревожащие мысли. Мой взгляд зависает в пространстве, а шум воды начинает отдаляться, и в этот момент я ловлю приятное чувство спокойствия. Здесь и сейчас ощущаю себя в небытие.
За столом меня ждет мама, практически завершившая приём завтрака. Я целую её в щеку и сажусь рядом. Сырники аккуратной формы политы сгущённым молоком, а над рядом стоящей чашкой с кофе развеивается пар. Всё выглядит очень аппетитно, но вот самого аппетита особо нет.
– Ешь скорее, пока горячее. Если ты продолжишь и дальше морить себя голодом, ты заработаешь гастрит.
Мама явно сгущает краски.
– Какие у тебя планы?
– На сегодня?
– И на сегодня в том числе.
Наш диалог прерывает очередной звонок. Я выключаю звук и переворачиваю смартфон экраном вниз.
– Не ответишь ему?
Мама видела, кто мне звонит.
– Нет, – твёрдо отвечаю я.
– Детка, я не понимаю, что между вами происходит. Ты можешь мне объяснить? – она кладёт свою руку поверх моей.
Я машинально одёргиваюсь, раздражаясь от этого звонка, раздражаясь от маминой попытки расспросить меня.
– Мам… Я же просила не спрашивать меня об этом.
На её лице вырисовывается недовольство. Она встаёт из-за стола и убирает грязную посуду за собой.
– Какие планы у тебя на сегодня? – недавно милостивый голос мамы звучит теперь строже.
– Посмотрю, какие есть вакансии, ну а вечером договорились с Андреем сходить в кино, прогуляться.
– Может, ты погорячилась с переводом на заочное отделение? Я переживаю за тебя! Остался последний курс…
Её голос звучит более напряжённо. Не давая ей возможности набрать обороты в разговоре, прерываю.
– Опять начались нотации в мою сторону. Я же просила тебя, мама. Я уже не маленькая девочка. Я приняла решение, и оно не подлежит обсуждению. Можно я сама разберусь со своей жизнью?!
Я приподнимаюсь со стула и хочу уйти от этих разговоров.
– Даша, сядь обратно и поешь нормально. Поговорим, когда у тебя будет настроение. Мне уже пора: ухожу на работу.
Она с наигранной импульсивностью выходит с кухни, оставляя меня наедине с собой.
