От всего пережитого Эма напрочь забыла о постоянных домогательствах в мой адрес и быстро заснула на тахте. Как, впрочем и я, максимально разложив кожаное потёртое зубное кресло.
Проснулся я ещё затемно, от внезапно накатившего чувства опасности. Рывком скатился с кресла, прижался к стене возле подпёртой изнутри двери, внимательно вслушиваясь в тишину за ней.
Ничего подозрительного там слышно не было, но шестое чувство упрямо, где-то внутри, истерило, что тишина эта мнимая.
Рука моя окуталась огнём и я приготовился встретить того, кто первым попытается войти, но, внезапно, за дверью раздался негромкий смешок и знакомый голос произнёс:
— Сын, не кипишуй, это я.
Голос был Загадочника и, чуть помедлив, я убрал подпирающий ручку двери стул и, дёрнув ту на себя, застыл в проёме, осветив тьму коридора огнём руки. Красноватые отсветы упали на лицо мужчины, с тонкими усиками в котором я сразу узнал Аникея.
— Не ждал, сын? — тот улыбнулся, распахнул руки, и, подойдя, обнял.
Затем, отстранившись, всё с той же улыбкой заметил:
— Ну и шороху ты навел, даже я впечатлился. Это же надо было такое придумать. Как ты только эту девчонку уговорил.
— Хочет меня, — ответил я, — в сексуальном плане. Поэтому думает, что любит. Ну а я просто ею воспользовался.
— Весь в меня! — гордо похлопал меня по плечу Загадочник, — ладно, собирайся. Времени у нас немного. Кто же знал, что там ещё и ИСБ появится. Что, кстати, эти от тебя хотели?
Он пытливо взглянул мне в лицо.
— Обвинили в том, что я производил и распространял среди гражданских наркотические средства, — не стал скрывать я.
— Ты и тут успел, — удивлённо произнёс Аникей, но снова одобрительно хохотнул, — молодец, правильно. В ответочку им, за то что сами целенаправленно магов на наркоту подсаживают, чтобы потом ещё один рычаг управления иметь.
Тут он спохватился:
— Ладно, остальное потом обсудим, пора уже. И да, если хочешь, девчонку эту можешь с собой прихватить. У нее сильный дар, плюсом к тебе привязана. Можно будет хорошего бойца для организации сделать.
— Сейчас, погоди… — я вернулся опять в медкабинет, посмотрел на спящую на тахте Эму.
Девушка спала беспокойно, иногда чуть постанывая и что-то неразборчиво бормоча. Волосы её в беспорядке разметались по импровизированной подушке, а на щеках я заметил высохшие дорожки слёз. Её привычный мир за вчерашний день изменился кардинально, всё буквально перевернулось с ног на голову и она явно переживала из-за своих действий. Хотел ли я сломать её мир окончательно? Выдернуть из родной среды, сделать изгоем, вечно прячущимся ото всех? И вправе ли я решать такое? В отличии от меня, у неё ещё есть шанс вернуться к прежней жизни, к простой и понятной для неё.
Я был ей должен за своё спасение. Без неё вырваться из лап Угрюмого шансов было не много. Что ж, никто и никогда не сможет сказать, что я не отдаю свои долги.
Приняв решение, я вышел в коридор, не став её будить. На немой вопрос отца ответил:
— Нет, я пойду один.
Больше ничего объяснять не стал, но тому хватило и этого.
— Ладно, это твоя девушка, значит и твоё решение. Всё, пошли.
Мы быстро прошли по недлинному коридору, выйдя через тот же чёрный ход. На улице нас уже поджидал чуть слышно урчащий мотором внедорожник на больших, с глубоким рельефным протектором, колёсах.
Усевшись на пассажирское сиденье, Загадочник дождался, когда сзади плюхнусь я, и скомандовал:
— Поехали, Бартоломью.
До конца села было всего ничего и вскоре мы выскочили на грунтовку, что вела куда-то сквозь тайгу. Стволы сосен и елей почти сразу встали по бокам сплошной стеной, в свете фар ещё больше усугублявших тьму по обеим сторонам автомобиля. Дорога была неровной и я то и дело подпрыгивал на сиденье, мотыляемый из стороны в сторону и удерживаемый от впечатывания в потолок только благодаря крепкой хватке за дверной поручень.
Спустя минут пять подобной болтанки, я не выдержал и поинтересовался:
— А куда мы едем?
— К одному из выходов Лабиринта, сын, — повернулся ко мне Аникей, — правда, тот через который приехали мы, уже схлопнулся, поэтому придётся сначала добраться до одного тихого места, где несколько дней мы переждём самые активные твои поиски и только потом направимся туда.
— А как вы вообще меня так быстро нашли? — поинтересовался я, уперев для большей устойчивости, вторую руку в потолок.
— Следили, — не стал увиливать Загадочник, — вели всю дорогу до аэропорта. Я, если честно, думал тебя раньше возьмут, но старина Юпитер, видимо, решил подстраховаться. В самолёте перехватить тебя было бы куда сложнее, да и отследить конечный пункт прилёта тоже.
— То есть ты знал, что он готовится меня схватить? — сделал я несложный вывод.
— Знал, — снова улыбнулся мужчина, — не устаю повторять, какой ты молодец, сын, сразу суть улавливаешь.
— И зачем? — вновь поинтересовался я.
Вопрос был абстрактный, но Аникей понял, что меня интересует.
— Чтобы выяснить, кто в моём окружении стучит Угрюмому, конечно, — ответил он абсолютно спокойно, — а тут такое событие — обнаружен мой сын. Слишком жаренная новость, вот стукач и не выдержал, тут же доложив старому хрычу.
