Ася прошла уже приличное расстояние, проклиная всех и вся, когда услышала за спиной знакомый рев мотоцикла. Это был естественно Глеб. Глупо было думать, что он бросит ее на произвол судьбы и логичнее всего было сейчас сесть на байк и дальше добираться с ним. Но Ася была сейчас далека от логики и здравого смысла. Эмоции снова взяли верх и гордость перла со всех щелей.
— Ась, — Глеб перегородил ей дорогу, — ты с ума сошла! Ты куда пошла?
— Да! Я сошла с ума. Потому что как последняя идиотка поверила в твои слова о большой и чистой любви. Но на этом все, Глеб!
Ася обошла байк и двинулась дальше. Глеб поставил мотоцикл на подножку и тут же догнал ее. На его лице были очень заметны следы недавнего душевного разговора с Севой. Асе даже стало его немного жаль, но она быстро взяла себя в руки. Нельзя было поддаться эмоциям.
— Стой. Совсем дурная? Куда пешком. Садись. Доедем до клуба и там поговорим спокойно. Я уже понял, что в домик ты не вернешься. Но поговорить надо, Ась.
— Давай сразу определимся — я с тобой больше ничего не буду обсуждать. Понял? Я не верю не единому твоему слову!
— А ему ты сразу поверила, да? — Глеба задело ее поведение. Она снова не дала ему и слова вставить, уже все додумала сама.
— Нет. Ты подтвердил его слова, не так ли?
— Так ты ж мне не веришь? Или веришь, только тогда, когда я выгляжу полным кретином и сволочью?
— Не передергивай! И вообще, я не хочу ничего обсуждать. Мне ничего не нужно от вас, ясно. Кроме свободы! Оставьте вы уже меня в покое.
Глеб видел, что Ася на грани. Она плакала, была очень раздражена, даже зла. И разговаривать сейчас было просто бессмысленно. Но и оставлять ее на дороге тоже не входило в его планы. И вообще — выпускать ее из виду сейчас, означало однозначный конец их отношениям. Несмотря на все его аферы с ее паспортом.
— Оставлю. Но сейчас ты поедешь со мной!
— Ага, ЩАЗ!
— ДА! Именно сейчас. Я понимаю, что сейчас в тебе говорят обида, эмоции и гордость. И ты мне снова не веришь. Но я не конченый подлец, чтобы бросить тебя тут и уехать. Так что заканчивай свое представление и поехали!
Ася растерялась от такого напора. У нее впервые за сегодняшний день не нашлось слов возражения. Она послушно вернулась к байку, надела шлем и села вслед за Глебом. Молча.
Глеб тоже не стал больше разговаривать. Сейчас супруга была совсем не контактная. Но он твердо решил для себя, что никуда он ее не отпустит. Только теперь будет действовать куда более решительнее и жестче.
«Игры кончились! Теперь все будет только по — моему! И никуда ты не денешься, милая моя!» — Глеб рванул с места и Асе ничего не оставалась, кроме как прижаться к нему всем телом, чтобы не свалиться с байка.
Или это был только предлог?
К территории клуба ребята подъехали уже вечером, но, несмотря на окончание рабочего, дня часть сотрудников еще находились на рабочих местах.
— О,Глеб Евгеньевич, — встретил их Алексей, инструктор, который Асю встречал утром, — вы же сказали, что только завтра будете.
— Планы поменялись. — недовольно буркнул Глеб. — Ася, — обратился он к жене, — поднимайся пока в кабинет. Я сейчас подойду.
Ася, которая пока молча стояла у мотоцикла в растерянности, подчинилась. Устраивать скандалы и разборки при посторонних было не в ее правилах. Да и поездка на мотоцикле в обнимку с мужем слегка поумерила ее пыл. По крайней мере, придушить его ей уже не хотелось.
Девушка молнией вбежала на второй этаж и залетела в кабинет. Только сейчас она перевела немного дух. Ей было немного стыдно за свое поведение. В последнее время она веля себя глупо, но ничего не могла с собой поделать. Ася обессилено рухнула на диван и заметила ею же брошенный с утра паспорт. Она взяла его в руки и ухмыльнулась сама себе. В голове не было ни одной конструктивной мысли. Только одно она осознавала очень отчетливо — Глеба она любила. Несмотря ни на что. Конечно она сомневалась в его словах, но и совсем не верить ему тоже не могла. Запуталась окончательно.
— Ну и что ты смотришь на меня, гражданка Орловская? — сказала она своей фотографии в новеньком документе, — Вляпалась, говоришь по самые помидоры? Правильно, — продолжала она свой диалог сама с собой, — вляпалась. Ну и что теперь делать? Плюнуть на все и снова уехать? Пробовали. Ничерта хорошего не получилось из этого. — Ася закрыла паспорт и, прикрыв глаза, откинулась на спинку дивана. — От себя не убежишь, Асенька! Не убежишь, не уедешь и не уплывешь.
Тут в кабинет тихонько вошел Глеб. Он выглядел чертовски уставшим. И ужасно разочарованным. Он так хотел провести выходные с Асей, в одиночестве в лесном домике. Все приготовил для них двоих. Но тут все пошло через одно, всем известное место. И все это страшно бесило.
— С кем разговариваешь? — обратился он к жене. Дурацкий, конечно вопрос в сложившейся ситуации, но ничего оригинальнее на ум ему не пришло, а молчать было как то глупо.
