Только холодная кожа дивана немного отрезвила разум Аси. Но ненадолго. Глеб тут же своими ласками вернул ей сладкую негу. И они оба тонули в нежных объятиях друг друга, совершенно забывая где они находятся.
— Глеб, двери… — Ася лишь на секунду вернулась в реальность.
— Сюда никто не войдет. Забудь, — и его поцелуи снова отключали ее мозг.
Остановиться уже оба были не в силах.
И как только Глеб взял свое, то, что принадлежало ему и только ему, Ася поняла, что назад для нее уже нет дороги. Только с ним. Только в его объятиях, только в его постели. Только в его жизни. Жизнь без него для нее теперь была равнозначна смерти. Она уже умирала однажды. Но снова оказавшись в его власти, воскресла. Чтобы жить. С ним. И только.
И теперь неважно — были эти фото правдивыми, есть ли меркантильный интерес у Глеба или есть еще что-то. На все плевать. Только с ним она жива. Только с ней он живет. Они нужны друг другу как воздух. Чтобы жить.
Глеб не мог насытиться Асей. Ему хотелось снова и снова быть с ней, быть в ней. Он чувствовал, что и Асе это нужно. Их разгоряченные, мокрые от пота тела снова и снова сливались в единое целое. Как будто завтра конец света и мир перестанет существовать. Боясь потерять даже секунду времени, они не могли остановиться. Как будто оба последние шесть лет были в заключении и только теперь оказались на свободе.
Когда силы иссякли, за окном уже было темно. Который был час, сказать сложно. Они оба потеряли счет времени. Желания куда-то идти, ехать, да вообще в принципе двигаться, не было ни у Глеба, ни у Аси. Глеб крепко прижимал свою жену и боялся отпустить. Ася же и не собиралась никуда. Ей было тепло, уютно и комфортно в его руках. Это было самым логичным и естественным для нее. И они просто молчали. Ведь когда людям комфортно молчать вместе — это и есть настоящее счастье.
— Ась, — все таки нарушил тишину Глеб
— Ммм, — отозвалась девушка тихо. Ей не хотелось нарушать сладкую тишину голосами.
— Я люблю тебя.
— И я люблю тебя.
Назад уже не повернуть. И больше ничего даже не хочется выяснять. Тело не может врать.
Глеб поднялся, оперевшись на локоть, заглянул в ее глаза. Взгляд был еще мутным от недавнего наслаждения. И это было самое приятное зрелище — его любимая, раскрасневшаяся от недавней близости, со спутанными волосами и блестящими глазами. Глеб поцеловал ее в губы. Ася отвечала на поцелуй, страстно и нежно одновременно. Оторваться друг от друга было сложно, но силы покидали и необходимо было время на восстановление.
— Глеб, что будет дальше? — Ася, наконец, задала вопрос, который мучил ее уже на протяжении нескольких дней.
Глеб поглаживал жену по обнаженному телу, вызывая новые волны возбуждения. Эта игра нравилась обоим, но возвращение в реальность было неизбежным. Хотя Глеб был готов провести здесь еще очень много времени — сейчас Ася принадлежала ему всецело. Он очень не хотел разрушать эту спонтанную гармонию между ними.
— Мы муж и жена, Ась. И я не позволю твоим сомнениям это изменить. Мы все решим, если ты перестанешь упрямиться и дашь нам шанс.
— Я боюсь, Глеб. Очень боюсь.
— Чего? — Глебу было важно знать ответ на этот вопрос. От него зависела вся его дальнейшая тактика.
— Верить. В принципе. Понимаешь, — Ася развернулась к нему лицом, чтобы видеть его реакцию на свои слова, — я не знаю, как так получается, но как только я доверяюсь кому-то, меня предают. И так с самого детства.
— Я не предавал тебя, Ась. Это все просто какое-то дурное стечение обстоятельств. И еще вмешательство посторонних. Мы оба лоханулись. Позволили нам помешать. Ты вспылила, уехала. А я потом просто сдался.
— Возможно, ты и прав. Не знаю. Но все равно страшно. Ошибиться. Довериться. И вообще…
— Не бойся! — Глеб уткнулся ей в макушку носом, крепче прижимая ее к себе. — Я с тобой.
Ася чувствовала себя хорошо и комфортно в его объятиях. Она верила ему на подсознании. Но ее природная мнительность не давала ей возможности в полной мере наслаждаться чувством защищенности.
— Глеб, мне все-таки надо домой. Отвезешь меня? — как бы ей ни хотелось, но пора было возвращаться в реальность.
— Ась, что за вопросы? Конечно. Сейчас мы едем к тебе, и ты собираешь свои вещи.
— Зачем? — Ася поднялась и вытаращила от удивления свои прекрасные глазки.
Глеб поднялся с дивана, и Ася ощутила, как по телу пробежал холод. Все-таки близость Глеба была для нее необходимостью.
— Я же говорю — пора наводить порядок в нашей жизни. Расставить все точки над i. С фамилией твоей мы уже вопрос решили…
— Ты решил, — перебила его Ася, напоминая ему о самовольничестве.
— Да. Я решил. Но ты не оставила мне выбора. — Глеб нехотя, медленно принялся одеваться. — В любом случае, пора принимать дальнейшие шаги. Ты переезжаешь ко мне.
— Куда, Глеб? — Ася последовала примеру мужа. — Ты ведь продал квартиру и живешь с дедом.
— И что? Дом большой. Да и дед будет только рад. Он мне все уши уже прожужжал.
— Нет. Это все равно неправильно. — Асе было не привычно подчиняться. Она всегда следовала только своим желаниям.
