Серая, средней величины крыса подбирала куски чего-то съестного, вмер-зшего в ледяное покрытие. Вокруг было по-прежнему пустынно.
Высокий мужик – уборщик на каширском – конце платформы закончил ска-лывать лед, взялся за лопату. По ту стороны была темень… С московского тор-ца, напротив, сияла привокзальная площадь. Светились огни коммерческих па-латок…
Суетливая ночная жизнь, которую Качан застал по приезду в Домодедово, тут продолжалась. Пассажиры ждали электрички, которые приходили все реже. Еще тусовались заезжие проститутки. То одна, то другая иномарка с крутыми накачанными парнями тормозила у освещенных витрин…
Качан приехал раньше – Николы на платформе ещё не было. Обычно он добирался последним электропоездом.
Потолкавшись у переходного моста , Качан заглянул к знакомым в ком-мерческую палатку. Называлась она коротко и непонятно:
«АОЗТ „Азас“.
Палатка торговала всю ночь.
– Привет! Не спите еще?!
– Мы?! Ну ты даешь! – Охранник у двери признал Качана, успокоился: – Входи, сыщик! – При знакомстве Борька отрекомендовался им частным детективом. – Каким ветром?
– Служба…
– Знаем вашу службу. Все берете неверных жен на горяченьком?!
– Это как заказчик решит…
Кроме охранника в смену заступали ещё две «торфушки» – совсем молодые девчонки из торфяной «столицы» – Шатуры, обе миниатюрные , с аккуратны-ми, с челочками на лбу, похожие друг на дружку, как две ухоженные домаш-ние собачонки.
С обеими у Качана установились необременительные приятельские отно-шения.
– А неверных мужей? Их тоже ловите?! – с намеком спросила одна из «тор-фушек», побойчее.
. У неё разворачивался бурный роман с охранником, другая была свободной. Качан с начала знакомства сразу же положил на неё глаз – светленькую, с кро-шечной грудью.
– Тоже ловим. Особенно, если обижают маленьких…
– Маленькие женщины для любви! – находчиво объяснил охранник. – Боль-шие – для работы! Садись. Будь проще, братан…
Качан продолжил:
– «И люди к тебе потянутся…»
– Именно…
Недолго поболтали ни о чем.
– Главное, чтобы все в кайф, братан! – Охранник запер за ним дверь.
– Тут ты прав, конечно.
Качан и сам давно уже жил по понятиям.
Ловить бандитов. Приказывать и подчиняться. Поддавать. Снимать телок…
Привычный кодекс пристрастий. Всех новых мужиков делать приятелями. Каждую новую девчонку постараться уложить к себе в постель. Потом видно будет, зачем тебе ещё один новый приятель, ещё одна новая телка…
Собственная его семейная жизнь давно шла через пень колоду. Дни понима-ния и общего языка с женой канули в прошлое. Последнее время он практиче-ски обитал в милицейском общежитии, переходя с койки одного отпускника на другую.
Постоянной подруги у него не было. Нынешнее состояние Качана можно было охарактеризовать как перманентное ожидание женщины.
– Останешься, поужинаем?..
Он взглянул на часы: время до последнего поезда ещё оставалось.
– Не откажусь.
– Знаешь че… – Охранник мигнул. – Пока ты тут… Посиди , поохраняй. А мы с Верой ненадолго уединимся. Надо остатки записать в подсобке…
Качан понял:
– В чем проблема?!
Он и вторая торфушка остались одни.
Оба делали вид, что в палатке ничего не происходит.
Между тем из подсобки сразу же донеслись безудержные стоны, в происхо-ждении которых было трудно ошибиться
Покупателей ждали недолго. Сразу же у палатки тормознула «тойота» с ка-вказцами. К окошку подошли двое – медлительные, пластичные, не смотрящие в глаза. Даже через стекло от них веяло опасностью.
Один вежливо спросил:
– У вас не перерыв?
– Да нет, пожалуйста. Хотели чего-нибудь?
– Вон там…
Взгляд за стекло, был короткий, стремительный – чтобы сразу все вы-смотреть.
Может, проверяли, есть ли охрана. Качан оказался на виду, сунул руку глубже под куртку. К пистолету.
Кавказцы перекинулись несколькими словами на своем.
Взяли «абсолют» и бананы. Также медленно вернулись в «тойоту». Быстро укатили.
После их отъезда заскочили ещё два знакомых домодедовских оператив-ника – уже поддатые, смешливые, в одинаковых джинсовых куртках.
Милицейский «газик» ждал их у тротуара.
– Привет. А Вера где?
– Отдыхает…
Они понимающе засмеялись:
– «Гжелки» нам… Пару бутылок. Вере, когда отдохнет, скажи: завтра заско-чим, рассчитаемся…
Пока «торфушка» их обслуживала, незаметно мигнули Качану в её сторо-ну:
«Давай, братан. Не теряйся…»
– Отдадут? – полюбопытствовал Качан, когда «газик» отбыл.
– Вряд ли. Но, бывает, отдают.
– И как же вы?
– За ментами не пропадет. Это как бартер.
– А что хозяин?
– Ерунда. Спишет.
Короткие всхлипы за стенкой постепенно стихли.
«Торфушка», остававшаяся с Качаном, поднялась к электроплите. Картофель в мундире успел развариться, помещение было небольшое. Прилипчивый дух снеди ударил в ноздри.
Охранник с подружкой вернулись из подсобки как ни в чем не бывало:
– Не заскучали?
«Торфушки «быстро накрыли стол.
– Мойте руки, ребята…
В палатку вошел строй ясных привычных звуков – вспарывания консервов, откупоривания пробок, заполнения емкостей…
За ужином поболтали.
«Торфушки» зацепили в разговоре челночный бизнес. Обеим не терпелось развернуть свое дело. Их уже несколько раз подбивали съездить в Турцию, в Пакистан…
– Заработок верный!..
