– Не переживайте, размещу в хорошем доме и вы ни в чем не будете нуждаться, – Виктор не удержался и глянул на парня, ярким пятном выделявшегося среди остальных оборотней в темной одежде.
– Хорошо, что вы нас предупредили, Виктор Львович, – Константин подхватил его под руку, чего раньше никогда себе не позволял себе. – В таком случае, лучше, если Зайцевы поживут у нас. Мальчики проведут время вместе, общение со сверстниками полезно нашему сыну. Он же все время дома. Один.
Виктор молча кивнул. Прерывать обеспокоенного отца было бы грубо.
– Думаю, он волнуется. Понимаете, предсвадебный мандраж, ведь осталось совсем немного времени. Уделите время Елисею, он по вас скучает.
– Конечно, – ни один мускул не дрогнул на лице альфы. Ничего сложного – повидаться с мальчишкой, он сможет это вынести. Пусть в этом и мало приятного.
– Кстати, можно назначить встречу прямо сейчас. Он как раз с нами.
Виктор глянул на одну из машин, на которую указал Константин, и едва не отшатнулся. Елисей был похож на взъерошенную ворону, только что вытащенную из стиральной машины. Нос покраснел, как и глаза, сам бледный, а волосы торчат в разные стороны.
Но альфа направился к нему и наклонился, дожидаясь, когда омега опустит стекло.
– Здравствуйте, Виктор Львович.
Почему-то Елисей всегда здоровался первым.
– Здравствуй, – на Виктора пахнуло удушливой жарой салона, смешанной с прелым горьким феромоном, но он не подал виду. На этот раз даже оказался не против, мозги прочистило на раз два, и назойливое видение, в котором он раздевает только что встреченного солнечного омежку, испарилось. – Как себя чувствуешь?
Альфа заметил, что Елисей одет еще теплее, чем обычно. А запекшиеся губы и синяки под глазами навевали не самые лучшие предположения. И как он должен зачать здоровое потомство с этой щепкой? Он же переломится, если его обрюхатить.
– Нормально, – улыбнулся Елисей. – Спасибо, что подошли. Я знаю, вы заняты, но может быть, придете к нам на ужин на днях?
– Конечно, – почему-то первой мыслью было, что он увидит светловолосого омегу. И на этом фоне даже феромон Гончарова младшего не казался преградой.
– Спасибо, – Елисей снова улыбнулся и тут же закашлялся, извиняясь. Виктору стало его даже жаль.
Страшненький, никому не нужный омега перейдет с рук родителей на его. И это он будет слушать его кашель по ночам вместо стонов.
– Закрывай окно, иначе еще сильнее простудишься, – строго проговорил альфа и проследил, чтобы Елисей исполнил его просьбу немедленно. – Передай родителям, чтобы ждали меня завтра.
Елисей кивнул, вытирая выступившие на глазах слезы, и Виктор зашагал прочь. Раньше его не беспокоил брак настолько, чтобы думать о чьих-то ночных стонах. У него и без этого проблем хватало, однако сейчас явственно представилась угнетающая картина ночей с Елисеем. Если бы вместо него Виктор мог взять того улыбчивого парня с безумно уютным феромоном, то поменял бы омег не раздумывая.
После возвращения домой Елисею не сразу удалось прийти в себя. Щеки горели словно в лихорадке и омега расхаживал по комнате, чтобы успокоиться, но это не слишком помогало. Он до сих пор видел Виктора, образ которого отпечатался на сетчатке. Как он подошел к нему, как попросил закрыть окно, беспокоясь о том, что он может простыть. Альфа действительно думал о нем, не следовало в нем сомневаться.
Елисей приложил ладонь ко лбу. Похоже, его на самом деле продуло, иначе почему бы температура подскочила? Но это была такая мелочь. Омега собирался во что бы то ни стало присутствовать на ужине, сидеть рядом с Виктором и получить его внимание. Внутри все дрожало от одной только мысли о их близости, возможности поговорить.
Дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену и прервав размышления омеги.
– Ой, прости, – тут же послышался мягкий мелодичный голосок, и Елисею показалось, что солнце попало к нему в комнату. Он таращился на заглянувшего к нему Никиту, и не мог заставить себя сказать хоть что-нибудь. Тот словно излучал свет своими золотыми локонами и загаром. Когда омега приблизился, Елисей разглядел глаза цвета меда, как и у всех в их семье. Кроме него.
– Похоже, мы теперь соседи. Я тут принес кое-что, – омега без всякого смущения подошел к Елисею, и разместившись на постели, протянул ему шоколадку.
– Спасибо, – Елисей принял подарок, не зная, что стоит сказать еще. – Как вы добрались?
– Нормально. Я почти все время спал. У вас тут так уныло, все серое и холодрыга, что постоянно клонит в сон. На юге лучше.
– Я никогда не был на море.
– Оно и видно, – усмехнулся Никита. – Тебе бы не помешал загар.
Елисей окончательно смутился. С ним никогда не разговаривали так. Никита не сказал ничего плохого, но стало неудобно.
– Спасибо, – зачем-то повторил Елисей.
