И здесь то же самое… Иньяцио молча расписался там, где нужно было, и снова отошел в сторону. Его привлек фонтан, деликатно журчащая вода успокаивала. К тому же страшно хотелось пить. Он полюбовался резвящимися рыбками с золотыми и оранжевыми хвостами и поднял глаза на статую морской девы. Зеленоватый хвост, бледная мраморная кожа… волосы неожиданно оказались светлыми. Легкие волны спускались по спине, часть на обнаженную грудь… волосы были, похоже, настоящими… почти живыми…И глаза. Зеленоватые чуть раскосые глаза смотрели на него немного печально. Блондинка с зеленоватыми глазами… тоже грустная, словно ждет своего Нептуна… Иньяцио непроизвольно протянул руку и провел пальцами по ее волосам… Волосы у статуи и в самом деле были сделаны из настоящих человеческих волос! Они были мягкие… и играли при каждом дуновении сквозняка… Но это все лишь статуя…бездушный мрамор… Удастся ли ему еще хоть раз увидеть «оригинал»?...
- Эй… Игнасио!.. – он почувствовал резкий толчок в плечо, вздрогнул и обернулся.
Вайнер стоял перед ним все с тем же злобный выражением лица.
- Я – Иньяцио, – четко сказал молодой человек, не повышая голоса.
- Заткнись и иди за мной! – велел ему толстяк и направился к огромному лифту.
Иньяцио вздохнул и побрел следом. Пить хотелось страшно… Настольная лампа вспыхнула ярче, чем обычно и вдруг затрещала, словно готовилась взорваться. Анна повернула голову на звук… и комната мгновенно погрузилась во тьму.
- Вот безобразие!.. – выругалась она, чувствуя, что на что-то наткнулась в темноте, добираясь до стены с выключателем.
Наконец, она зажгла плафон на потолке и огляделась – практически все на месте. Растирая ушибленный локоть, девушка вышла в коридор и добралась до балюстрады. Перегнулась через перила.
- Мсье Лоренцо! – негромко позвала она сверху, и он услышал.
Тот поднял голову.
- Лампочка… – она говорила и показывала руки мини спектакль, чтобы он лучше ее понял на расстоянии.
- Прошу Вас, мадам, – управляющий с улыбкой передал ключ одной из постоялиц и вышел из-за стойки, продолжая смотреть вверх. – Что у Вас случилось, мадемуазель? В номере сломался душ?
- Нет! Лампочка! Настольная… Перегорела!
- А! Одну минуту! – кивнул мужчина, возвращаясь на свое место и стал что-то искать в своих волшебных ящиках.
Он вошел в номер, когда она уже переоделась в «домашний» брючный комплект из струящейся ткани. В руках у него была новая лампочка.
- Вон там… на тумбочке у кровати, мсье… только осторожно!
Лоренцо повертел в руках вышедший из строя светильник и принялся выкручивать перегоревшую лампочку.
- Простите, что мне пришлось отвлечь Вам от дел… был бы здесь Иньяцио…
- Все в порядке. Иньяцио? Так он вернулся еще днем.
- В самом деле? – Анна почти просияла. – А где он?
- Уехал куда-то с мсье Вайнером… компаньоном Герардески.
– Вайнер?
- Да, может, Вы его помните… такой крупный мужчина… с большим животом.
- Не помню, – покачала головой девушка. – А когда они вернутся?
- По-моему, сегодня вечером… но я еще не уточнял… Вот, все в порядке – работает! – он щелкнул выключателем, демонстрируя, как загорается настольная лампа, и вдруг вспомнил: – Да, мадемуазель Анна! Иньяцио просил передать Вам вот это.
Он вынул из кармана запечатанный конверт и протянул ей.
- Письмо? Мне? – девушка с удивлением повертела в руках послание. – Спасибо, мсье Лоренцо! Если Вы увидите Иньяцио сегодня, передайте ему, пожалуйста, чтобы зашел ко мне.
- Хорошо.
Оставшись одна, Анна медленно разорвала конверт и извлекла оттуда лист гербовой бумаги…
Номер, который снял для них Вайнер, был восхитителен. Прихожая и огромная комната, поделенная на зоны, рабочую с большим столом из красного дерева и ноутбуком, зону отдыха с длиннущим «Г» образным диваном со множеством мягких валиков и шелковых подушек… перед диваном красовалась огромная плазма со всеми атрибутами системы «домашний кинотеатр»… на столике перед диваном их ждали аппетитные фрукты и графин с водой. Иньяцио с тоской посмотрел на графин, потом на своего нового «хозяина»… Попросить сейчас? Нет, пожалуй, не стоит, чуть позже, когда он успокоится и кровь отольет от лица… Юноша посмотрел в дальний угол апартаментов, там, за небольшой шелковой ширмой раскинулась огромная кровать, застеленная шелковым перламутровый покрывалом с вышитым зеленоватым узором. Сексодром, как называла такие кровати Элен Фабье. И еще рояль! Господи, он-то Вайнеру зачем?.. Ах да, этот человек порой любит живую музыку. Иньяцио тут же вспомнил злополучный «El triste»… он спел ему эту песню тогда, наверное… раз двадцать!...И если придется петь еще столько же… Интересно, где ему самому разрешат спать сегодня? Только кровать и диван… но все такое шикарное! А его статус здесь подразумевает… А, впрочем, он же его «племянник» для всех!
- Чего ты ухмыляешься, гаденыш? – хмуро осведомился толстяк, заметив выражение лица своего нового «родственника».
Иньяцио спохватился и словно смахнул ладонью улыбку с лица.
- Простите, сэр.
