– Сэр, – сказала я, – я собираюсь выиграть одну партию и уйти. Вы не могли бы не курить до тех пор? Пожалуйста.
Он посмотрел на меня, вокруг его глаз собрались морщинки. Он рассмеялся.
– Ты на лучшем месте, девочка. Ты знаешь, как играть, чтобы выиграть?
– Наблюдай, – сказала я. Тогда ковбой убрал сигареты, а я откинулась на спинку кресла, чтобы спросить Джону:
– Как нужно играть, чтобы выиграть? Есть какая-то тактика?
– Тебе нужны фишки. Положи свои деньги на стол.
Я положила двадцатидолларовую купюру на зеленый войлок.
– Я возьму одну фишку, – сказала я крупье, и он дал мне одну сине-белую полосатую фишку с золотым тиснением 20 спереди.
– Ставки всего лишь по пять долларов, – сказал Джона.
– Играй по крупному или возвращайся домой, так ведь?
– Ты все правильно поняла, девочка, – ковбой вытащил красную пятидесятидолларовую фишку из одной башенки фишек и сделал ставку, – теперь помоги мне в этом. Я рассчитываю на тебя.
Джона хихикнул у меня за спиной. Я откинулась назад.
– Двойная ставка на одиннадцать, верно?
– О, теперь ты хочешь тренироваться? – он прищелкнул языком.
Крупье – невыразительный мужчина лет тридцати с небольшим – ловко вынул карты из лотка и протянул каждому из нас лицом вверх. Он сдал себе одну карту лицом вниз, одну вверх – тройка крестей.
Остальным игрокам повезло: не меньше семнадцати, и ковбой разделил свои восьмерки, положив еще одну пятидесятидолларовую фишку рядом со своей первой. Он был вознагражден двойкой восемнадцати, и теперь ликовал из-за своей удачи. Мне сдали тройку бубен и двойку червей.
– Ты что, издеваешься надо мной? – пробормотала я. Ковбой скорчил рожу, глядя на мои карты.
– Нехорошо, девочка.
– Это ты мне говоришь. Карту.
Двойка пик.
– Карту, – повторила я.
Пятерка крестей.
– Дерьмо.
Остальные за столом начали ворчать. Джона склонился надо мной.
– У тебя двенадцать. Крупье показывает тринадцать, наверное.
– Откуда ты знаешь? Ты Человек дождя[21]?
В его ответе слышалась насмешка.
– Нет, но я отличный водитель.
– Ха-ха. Помоги.
Джона пригнулся так, что его подбородок оказался прямо над моим голым плечом. Его дыхание на моей шее было теплым, посылая приятные мурашки по спине.
– Это безопасная стратегия. Можно всегда предполагать, что нижняя карта крупье стоит десять. Больше тех, что в колоде.
– О’кей…
– Значит, у него их тринадцать, как мы полагаем. У тебя есть двенадцать, и твоя следующая карта будет картой с лицом…
– Откуда… откуда ты знаешь? – я пыталась сосредоточиться, но, боже, Джона так хорошо пах. И его рука легла мне на спину, он мягко гладил меня большим пальцем. По-моему, он даже не знал, что делает. Я сдвинула ноги.
– Вероятность, – ответил он, – ты взяла много мелких карт. Большой шанс, что следующая будет стоить десять. Пусть крупье разбирается с этим. Не проси следующую карту. Хватит.
Это мнение было горячо поддержано другими игроками.
– Достаточно.
– Это, вероятно, не точно, – я оглядела стол, – извините, ребята, но я не могу сидеть на этих жалких двенадцати.
Под громкие протесты я провела кончиками пальцев по зеленому войлоку.
– Карту.
Крупье положил восьмерку бубен.
– Двадцать, – я схватила Джону за руку и потрясла ее, – у меня есть двадцать! Он покачал головой, смеясь.
– Да, это так.
– Тебе чертовски повезло, вот что, – сказал ковбой с улыбкой, – а теперь хватит, девочка.
– Хватит, – эхом отозвались остальные игроки.
Я помахала руками над картами.
– Хватит.
За столом воцарилась тишина, когда крупье перевернул свою карту. Королева дает ему тринадцать очков.
– Крупье должны продолжить до семнадцати, – прошептал Джона мне на ухо. Мое сердце бешено колотилось, когда я смотрела, как крупье бьет и разоряет бубнового валета. Стол взорвался радостными возгласами.
Джона схватил меня за плечо.
– Черт возьми.
– Я выиграла, – сказала я, когда дилер положил вторую фишку в сине-белую полоску рядом с моей.
– Ты не только выиграла, – сказал Джона, – если бы осталась на своих двенадцати, дилер взял бы твои восемь к своим тринадцати.
– И у него был двадцать один, – сказала я.
– Весь стол проиграл бы.
– Он прав, девочка, – сказал Ковбой – вы ведь профи, не так ли?
– Может быть, – я забрала свой выигрыш и освободила место, – всем удачи! Что ж, это было реально, – я постучала по краю ковбойской шляпы, когда мы вышли из-за стола, – теперь вы можете курить, сэр.
– Вы только что выиграли мне двести долларов, госпожа Удача, – сказал он, хрипло смеясь нам вслед, – может, мне закончить, пока я на коне?
– Знаешь что? – сказала я Джоне, беря его за руку, – куда мы? Клянусь, мне никогда в жизни не было так весело трезвой, – я остановилась и увидела длинные ряды игровых автоматов, жужжащих, лязгающих и светящихся.
– Автоматы.
– О боже, ты хочешь этого?
– Всего несколько, а потом мы уйдем, клянусь.
Джона рассмеялся.
– Как я могу сказать «нет»?
Я подошла к окошку размена и вернулась с четырьмя пачками пятаков.
– Хочешь играть в такие автоматы? С копеечными щелями? – спросил Джона.
