Начало девятого. Я старалась не думать, но получалось плохо. Чтобы хоть как-то отвлечься, набрала ванну и выкупала дочек. Переодела их в теплые пижамы. Уложила в большую постель в одной из спален. Рассказывала сказку, а сама напряженно следила в приоткрытую дверь за Метелиным, который с кем-то разговаривал по мобильнику. Мне было очень страшно.
Наконец дочки засопели, и я, поправив на них одеяльца, тихо вышла из спальни.
– Ну что там? – впилась взглядом в сидевшего на диване Метелина.
Он открыл бутылку сухого вина и разлил его в бокалы.
– Еще не знаю.
– Неужели он не приходил?! – обхватив плечи руками, не унималась я.
Владимир протянул мне бокал.
– Наденька, эти люди свое дело знают. Как бы там ни было, завтра ресторан заработает в прежнем режиме.
Я взяла бокал, села рядом с ним и тут же ощутила на шее обжигающий поцелуй.
– Как же нам быть дальше? – отставив в сторону бокал с вином и теряясь в его поцелуях, шептала я.
– Ждать, – шепотом отвечал Метелин.
От приятной тяжести его тела загоралось желание. Я обхватила его колючие скулы ладонями и перехватила пылающий вожделением взгляд.
– Я не хочу ждать, Вова! Не хочу…
Он скользнул взглядом по моим губам, усмехнулся и прижал меня к стене.
– Все будет, слышишь? – Его хриплый шепот обжег шею.
Его язык дерзко скользил по моим губам, жадно врывался в рот и не давал увернуться. Руки неистово поглаживали спину, забирались под свободный свитер и стягивали облегающую бедра шерстяную юбку.
Все тело пронизывала сладкая истома. Я обвивала его крепкую шею, запускала тонкие пальцы в его темно-русые волосы и таяла, окончательно потеряв способность мыслить. Хотелось только одного: вдыхать запах его кожи, прижиматься к его груди и чувствовать, как от его поцелуев и прикосновений по коже разлетаются волшебные мурашки.
Резкий стук в дверь номера заставил нас вздрогнуть.
– Кто это? – Я испуганно взглянула на Владимира.
Он нахмурился.
– Сюда может прийти только Виктор. Прикрой дверь в детскую спальню, чтобы не разбудить малышек.
Одернув свитер, я бросилась в детскую.
Через едва приоткрытую дверь видела, как Владимир впустил Виктора.
– Ресторан обстреляли, – мрачно сообщил телохранитель.
– Как – обстреляли?! – распахнув дверь детской спальни, вскрикнула я.
– Они знали, что мы их будем ждать. Даже близко не подошли, просто открыли пальбу по стеклянным витринам и уехали.
– Вот шакалы! – выругался Метелин. – А что с арестом?
– Ничего пока. Прячется.
– Ресторан сильно пострадал?! – Я сходила с ума от тревоги.
– Витрины придется заменить. И, да, с этого дня усилить охрану на всех объектах.
– Ищите племянника Шерхана! К утру он должен быть арестован! Нельзя дать ему уйти!
– Что же теперь будет? – прикрыв рот ладонью, всхлипнула я.
Метелин прижал меня к себе.
– Ты здесь не одна, Надя. Я не позволю, чтобы с тобой или дочками что-то случилось.
– Столько убытков! Ярослава будет рвать и метать… – угрюмо покачала головой я.
– Разберемся, – целуя меня в макушку, отозвался Метелин. – Главное – найти этого мерзавца и упрятать за решетку. Надеюсь, он проколется, и уже завтра ему предъявят обвинение.
Этим вечером Ярослава решила заняться любимым делом: откупорив бутылку добротного красного вина, она с удовольствием окунулась в пучину своего порока. Ну, а почему бы и нет? Разве не заслужила отпуск такая прекрасная женщина? Раз уж Метелин, будь он неладен, решил поиграть в дочки-матери и увез ее племянницу с близняшками на несколько дней, то дом в полном распоряжении хозяйки.
«Если Надя такая непроходимая дура, то пусть потом кусает локти! Главное – чтобы он ей третьего ребенка в подарок не оставил, прежде чем к жене вернется!» – зло размышляла она.
Набрав полную ванну горячей воды, Ярослава добавила туда ароматическую соль и безжалостно распотрошила бутоны роз, которые стояли в вазе. Пустив по воде красные лепестки, она довольно улыбнулась. Достала из гардероба один из своих атласных пеньюаров и с удовольствием приложила к груди. Сейчас она примет ванну, потом наденет это шикарное одеяние и позвонит прокурору. Кажется, у того жена с детьми уехала к своей маме на несколько дней, так что будет неплохо окунуться в пучину разврата и утвердить свои льготы в отношении ресторана.
Поставив бутылку и бокал на край ванны, Ярослава с наслаждением окунулась в ароматную воду.
Это был настоящий рай – медленно пить вино и нежиться в горячей ванне в полной тишине.
Вино в бокале быстро закончилось. Плеснув еще порцию, Ярослава набрала номер телефона прокурора Проскурова.
– Вячеслав Иванович, добрый вечер! Не скучаете там, без супруги? А у меня дом свободен. Приезжайте, Вячеслав Иванович, я свою племянницу с киндер-сюрпризами на несколько дней в санаторий отправила, а теперь страдаю от одиночества. Готова отдаться вам по первому требованию. Жду встречи!
Довольно улыбнувшись, Ярослава допила вторую порцию вина и выбралась из ванны. Тщательно вытерлась полотенцем и накинула на себя атласную ночную рубашку белого цвета, а сверху – такой же белоснежный пеньюар. В глазах вспыхнул задорный огонек. Держись, Проскуров!
